Найти тему
Стихи и мудрости

Ее судьба была оставаться в темной глубине океана

Он вспомнил, как однажды поймал на крючок самку марлина. Самец

всегда подпускает самку к пище первую, и, попавшись на крючок, самка со

страха вступила в яростную, отчаянную борьбу, которая быстро ее

изнурила, а самец, ни на шаг не отставая от нее, плавал и кружил вместе с

ней по поверхности моря. Он плыл так близко, что старик боялся, как бы он

не перерезал лесу хвостом, острым, как серп, и почти такой же формы.

Когда старик зацепил самку багром и стукнул ее дубинкой, придерживая

острую, как рапира, пасть с шершавыми краями, когда он бил ее дубинкой

по черепу до тех пор, пока цвет ее не стал похож на цвет амальгамы, которой покрывают оборотную сторону зеркала, и когда потом он с

помощью мальчика втаскивал ее в лодку, самец оставался рядом. Потом,

когда старик стал сматывать лесу и готовить гарпун, самец высоко

подпрыгнул в воздух возле лодки, чтобы поглядеть, что стало с его

подругой, а затем ушел глубоко в воду, раскинув светло-сиреневые крылья

грудных плавников, и широкие сиреневые полосы у него на спине были

ясно видны. Старик не мог забыть, какой он был красивый. И он не

покинул свою подругу до конца.

«Ни разу в море я не видал ничего печальнее, — подумал старик. —

Мальчику тоже стало грустно, и мы попросили у самки прощения и быстро

разделали ее тушу».

— Жаль, что со мной нет мальчика, — сказал он вслух и поудобнее

примостился к округлым доскам носа, все время ощущая через бечеву,

которая давила ему на плечи, могучую силу большой рыбы, неуклонно

уходившей к какой-то своей цели.

— Подумать только, что благодаря моему коварству ей пришлось

изменить свое решение!

«Ее судьба была оставаться в темной глубине океана, вдали от

всяческих ловушек, приманок и людского коварства. Моя судьба была

отправиться за ней в одиночку и найти ее там, куда не проникал ни один

человек. Ни один человек на свете. Теперь мы связаны друг с другом с

самого полудня. И некому помочь ни ей, ни мне».

«Может быть, мне не нужно было становиться рыбаком, — думал

он. — Но ведь для этого я родился. Только бы не забыть съесть тунца, когда

рассветет».