Было бы странно, снимая фильм про цензоров, кромсающих фильмы ужасов, обойтись без упоминания действительно существующих ужастиков. В «Цензоре» дебютантки Прано Бэйли-Бонд хватает, других странностей, поэтому без «пасхалок» для синефилов начинающая режиссёр(ка) обходиться не стала. Персонажи «цензора» упоминают известные слэшеры в своих диалогах, смотрят кадры из реально снятых в 70-ые и 80-ые годы картин и устраивают побоище в стиле одного культового ужастика. Давайте посмотрим, что же за фильмы упомянуты в «Цензоре».
Иглой в глаз…
Среди кадров, которые просматривает по долгу службы героиня «Цензора» есть весьма неприятная сцена с протыканием шприцем глаза некоему мужчине на больничной койке. Взята она из дешёвого и бездарного ужастика «Замороженный крик» (Frozen Scream) режиссёра Фрэнка Роуча от 1975-го года выпуска.
В фильме этом плохо всё – сумбурный сценарий, то слишком скованная, то слишком пережатая игра явно непрофессиональных актёров, дурной монтаж. Повествование настолько невнятно, что авторы наложили закадровый голос, объясняющий хоть что-то. Наложили также бездарно – поверх диалогов персонажей, впрочем, таких же пустых, но продолжительных, как и закадровый монолог.
По сюжету «Замороженный крик» – фантастический фильм ужасов про докторов, которые работают над бессмертием. В экспериментаторы они зачем-то берут посторонних людей, не спрашивая их разрешения, а попросту похищая из домов. Кровавых кадров хватает, сцена с иглой в глазу не единственная, вызывающая отвращение. Но все они сняты даже хуже её. Любительские потуги на кино.
Ещё один безумный профессор…
Ужастик «Клубок душ» (Soultangler) снят через 12 лет после «Замороженного крика», но удивительно на него похож – и сюжетом, и качеством (вернее, полным его отсутствием). Опять какой-то мутный институт, опять безумный профессор и опять эксперименты по бессмертию, незапланированно создающие отряды зомбаков. И всё это снято на том же уровне любительщины. Что ещё можно было бы списать на неопытность режиссёра Пэта Бишоуа – всё-таки то был его дебютный фильм. Но теперь-то известно, что и впоследствии он продолжал ваять такие же невнятные и несмотрибельные ужастики, триллеры и боевички, вместо актёров набирая друзей и родственников, совершенно лишённых понимания об убедительной игре.
Что и есть в «Клубке душ» убедительного, так это аниматронные куклы, будто случайно попавшие сюда из более высокобюджетных картин. Даже странно, что в «Цензор» вставили не какой-либо кадр с ними, а портрет залитого красного краской «безумного профессора», дико вращающего глазами за стёклами очков.
Лечение от одиночества колющими предметами…
В английском слэшере 1974-го года «Ужас» (Frightmare) много коротких кровавых вклеек. Одну из них использовали в «Цензоре». Но при том, что фильм Пита Уолкера действительно подвергался в Англии цензуре и действительно довольно натуралистичен, снят он не без некоторого изящества. Касается это в первую очередь манеры повествования.
«Ужас» начинается с чёрно-белого флэшбека, в котором показан человек, бродящий по безлюдной ярмарке. Мужчина заходит в некий вагончик, разговаривает с кем-то невидимым для зрителя… А уже в следующем кадре сидит бездыханный с ободранной кожей. Потом – всё в том же флэшбеке в 1957-м год – действие переносится в суд, где кого-то (опять нам не видного) приговаривают к длительному пребыванию в психиатрической лечебнице.
Авторы не торопятся пояснять, кого же отправили в психушку. Так же дозировано, без спешки подаётся и вся остальная информация. Нам показывают то пожилую гадалку на картах Торо, то совсем юную блондинку, тусующуюся с бандой байкеров, то симпатичную брюнетку, которую друзья сводят с молодым доктором. Но как связаны друг с другом эти персонажи пояснить зрителю никто не торопится, и это нагнетает тайны. Но едва доползя до середины, фильм взрывается чередой жесточайшего душегубства. Тогда-то и начинают вспыхивать на экране залитые красным кадры.
При всей старомодности «Ужаса», особенно проявляющейся в качественной, но излишне театральной игре, фильм до сих пор вызывает… не то, чтобы испуг, но некоторый ужас от хладнокровности некоторых персонажей – безусловно.
Дрель с головой совмещается плохо…
Один из самых запрещаемых на Западе фильмов (и один из самых часто упоминаемых в советской прессе, как пример «тлетворного капиталистического кинематографа с его культом насилия») – это «Убийца-сверловщик». Или, как ещё переводили на русский его название – «Убийца с электродрелью» (The Driller Killer). Его много кромсали на пути к кинопрокату разных стран, в Австралии он был запрещён на 6 лет, а в Великобритании – на два десятилетия!
Между тем, если смотреть внимательно, то можно с удивлением обнаружить что натуралистичных сцен в нём немного (если не пугаться густой красной краски, изобращающей совсем другую субстанцию). Да и вообще первый полнометражный (если не считать одной ленты «для взрослых») фильм выдающегося американского режиссёра Абеля Феррары не мог быть просто тупым слэшером. Им и не является.
Первое душегубство на экране происходит только на 40 минуте фильме, а до этого Феррара (не только как режиссёр, но и как исполнитель главной роли) показывает болезненные муки молодого авангардистского художника Рено, который потихоньку сходит с ума от безденежья, неустроенности быта, невозможности сосредоточиться на творчестве и от взбалмошности двух своих худосочных подружек. Наконец, это приводит к тому, что он берётся за электродрель и применяет её совсем не по назначению.
В «Дриллере Киллере» обнаруживается любимая манера Феррары снимать «грязно», использовать документальные или полудокументальные кадры с самых неприглядных улочек Нью-Йорка (пьяницы и бомжи прилагаются в огромных количествах) и делать прямые отсылки на Библию, веру и религиозность. Впоследствии эти особенности авторского почерка останутся и в лучших его работах – в «Короле Нью-Йорка», «Плохом лейтенанте» и «Глазах змеи».
В «Цензоре» дебют Феррары появляется дважды – сначала в виде короткого отрывка с самой провокационной сценой и лицом режиссёра в образе художника Рено. Затем – в виде обложки кассеты в салоне видеопроката, куда заходит центральная героиня нового талантливого ужастика.
Собрат Нормана Бэйтса по любви к маме…
В «Цензоре» упоминается некий фильм, в котором псих приглашает в гости девушку и съедает её. Кадров из этого фильма не показывают, но явно имеется в виду канадский ужастик «Невменяемый» (Deranged), который проблемы с «цензурой» имел уже на стадии съёмки. Когда становилось известно, что киношники хотят на экране изложить история реального «серийника» Эда Гейна, пусть и переименованного в сценарии, их не пускали ни в один американский городок, намечаемый в качестве «декораций». Поэтому снятый на американские деньги (полученные, кстати, с концертов Рода Стюарта и группы Led Zeppelin) американцами Аланом Ормсби и Джефом Джилленом с американцем Робертсом Блоссомом в главной роли, фильм стал в итоге канадским.
Впоследствии «Невменяемый» постоянно огребал проблем в связи с жестокостью и натуралистичностью многих сцен. Не спасало даже то, что поставлен он действительно талантливо, на какие из его компонентов ни взгляни. Режиссёры умело нагнетают страх чисто кинематографическими приёмами, актёры играют ярко и убедительно, гримёры и мастера спецэффектов (а среди них был только начинавший тогда Том Савини) изобретательно создают «покойников», с которыми очень уж необычно взаимодействует центральный персонаж.
Сюжетно «Невменяемый» мог бы послужить приквелом к хичкоковскому «Психо», если бы не профессиональный вид деятельности героя (он тут не владеет никаким отелем) и не концовка (которую рассказывать, разумеется, не стану). Влияние же этой недорогой картины ощущается десятилетиями в других картинах. По «Ганнибалу», например, заметно, что Ридли Скотт видел канадский ужастик, а по «Живой мертвечине» понятно, что Питер Джэксон во многом вдохновлялся этим дешёвым (бюджет «Невменяемого» - всего 200 тысяч долларов) кино.
Помимо вышеперечисленных достоинств «Невменяемый» обладает ещё одним, довольно неожиданным для фильма на такую тематику. В нём много юмора. Он густо наполняет как минимум первую половину картины. При этом юмор не всегда «чёрный» (хотя, куда уж без него) и почти всегда неявный. Никаких гэгов, никаких сальных шуточек. Забавные моменты возникают будто случайно и на контрасте подчёркивают ужас происходящего.
Жестокая детская травма…
С крайне шокирующей сцены начинается слэшер итальянского режиссёра Романо Сковалини «Кошмар» (Nightmare). Ещё до открывающих титров нам показывают молодого человека, мечущегося во сне. Ему снятся кошмары, но когда он просыпается и вскакивает, явь оказывается ещё страшнее – под одеялом он обнаруживает плавающую в красном месиве голову девушки, которая ещё и открывает глаза, хотя – казалось бы – не должна.
Авторы «Цензора» не удержались и вставили эту сцену почти целиком. Включили они в монтаж своего синефильского ужастика и другие кадры из «Кошмара»: мальчик с окровавленным топором, отсечение головы кричащей брюнетки, молоток, вонзающийся в женскую руку. Эти и многие другие неприятные моменты вы можете увидеть в «Кошмаре». Только не перепутайте – название не блещет оригинальностью, а речь идёт о фильме 1981-го года.
Оригинальностью не блещет вся постановка (до предела жестокая и циничная). В неё перекочевало масса находок из фильмов прежних лет, от хичкоковского «Психо» до «Предзнаменования» Ричарда Доннера. Возможно, эта склонность заимствовать идеи у коллег не позволила Сковалини сделать успешную карьеру ни в Голливуде, ни у себя на родине в Италии. А вот то, что ни один актёр из «Кошмара» не стал хотя бы обеспеченным ролями профессионалом, довольно странно: играют все (включая детей) весьма неплохо, особенно если сравнивать с погорелым театром «Замёрзшего крика» и Клубке душ».
Неплохие актёрские работы, да и в целом крепенькая постановка британских цензоров не убедили допустить «Кошмар» до зрителей. Разрешения прокатывать его в Великобритании они дистрибьютеру не дали, а когда он попытался пропихнуть фильм в кинотеатры нелегально, то отправился в тюрьму. Так что, в 80-ые англичане фильм о маньяке, сбрендившем на почве детской травмы, так и не увидели, а когда «зелёный свет» ему дали, до экранов он дополз в сильно порезаном виде. И только в начала 2000-х цензурные ограничения с «Кошмара» сняли.
Красная «лампочка Ильича»…
В ключевой сцене героиня «Цензора» хватается за топор, взмахивает им… и красным окрашивается голова оленя на стене, а заодно – голая, без абажура электрическая лампочка, болтающаяся на проводе под потолком. И это, разумеется, неприкрытая, яснее ясного отсылка к «Зловещим мертвецам» (Evil Dead) Сэма Рэйми - одному из самых талантливых фильмов ужасов всех времён и народов.