Следуя той же линии мышления, владелец крупного рогатого скота не несет абсолютной ответственности за весь ущерб, который они могут нанести человеку. По мнению лорда Холта в "алькове", этих животных, "которые не так знакомы человечеству", как собаки, " владелец должен ограничить и соблюдать все разумные меры предосторожности, чтобы они не причиняли вреда.... Но... если владелец посадит лошадь или быка на траву на своем поле, которое примыкает к шоссе, и лошадь или бык сломает живую изгородь и выбежит на шоссе, и пнет или забодает какого-нибудь пассажира, действие не будет направлено против владельца; в противном случае, если бы он заметил, что они делали это раньше".
Возможно, наиболее ярким подтверждением позиции о том, что обязанности судьи не заканчиваются, когда решается вопрос о халатности, являются дискуссии, касающиеся закона о залоге. Рассмотрим решение по делу Коггс против Бернарда, /1/ трактаты сэра Уильяма Джонса и Стори и главу Кента по этому вопросу. Это так много попыток конкретно указать обязанности залогодержателя в соответствии с характером залога и предмета залога. Эти попытки, безусловно, не увенчались успехом, отчасти потому, что они были попытками привить коренному населению отрасль римского права, которая была слишком велика, чтобы пережить этот процесс, но в особенности потому, что предпринятые различия были чисто качественными и, следовательно, бесполезными при работе с присяжными. /2/ Дать указание присяжным, что они должны признать подсудимого виновным в грубой небрежности, прежде чем ему может быть предъявлено обвинение, открыто для упрека в том, что для такого органа слово "грубый" является всего лишь бранным эпитетом. Но это было бы не так с судьей, заседающим в адмиралтействе без присяжных. Римское право и Верховный суд Соединенных Штатов согласны с тем, что это слово что-то значит. /3/ Успешно или нет, для настоящего аргумента достаточно того, что попытка была предпринята.
Считается, что принципы материального права, установленные судами, были несколько затемнены тем, что чаще всего они представлялись в форме постановлений о достаточности доказательств. Когда судья выносит решение об отсутствии доказательств халатности, он делает нечто большее, чем предусмотрено в обычном постановлении об отсутствии доказательств факта. Он правит этим действия или бездействие, доказанные или о которых идет речь, не являются основанием для юридической ответственности, и таким образом закон постепенно обогащается из повседневной жизни, как и должно быть. Так, в деле Крафт против компании Metropolitan Railway Co., /1/ истец поскользнулся на лестнице ответчика и получил серьезные травмы. Причиной его скольжения было то, что медная обшивка лестницы была стерта до гладкости при проезде по ней, и строитель засвидетельствовал, что, по его мнению, лестница была небезопасной из-за этого обстоятельства и отсутствия поручня. Этому ничто не противоречило, кроме того, что по лестнице прошло большое количество людей и что там не произошло никакого несчастного случая, и истец вынес вердикт. Суд отменил вердикт и постановил не возбуждать иск. Постановление было сформулировано так, что присяжным не было представлено никаких доказательств халатности; но это, очевидно, было равносильно утверждению и фактически означало, что железнодорожная компания сделала все, что она должна была сделать, для поддержания такой лестницы, что было доказано истцом. Сотни других столь же конкретных примеров можно найти в учебниках.
С другой стороны, если суд должен вынести решение о том, что определенные действия или бездействие в сочетании с ущербом являются неопровержимым доказательством небрежности, если не будет объяснено, он по существу и по правде постановил бы, что такие действия или бездействие являются основанием для ответственности /2/ или препятствуют взысканию, в зависимости от обстоятельств. Таким образом, считается допустимой небрежностью сдавать дом под жилье, зная, что он настолько заражен оспой, что опасен для здоровья, и скрывая это знание. /3/ Для объяснения действий или бездействия в таком дело состояло бы в том, чтобы доказать поведение, отличное от того, о котором было вынесено решение, или показать, что с юридической точки зрения они не были причиной ущерба, на который подана жалоба. В постановлении для целей постановления предполагается, что все факты, представленные в качестве доказательств, являются фактами.
Случаи, которые вызвали трудности, требующие объяснения, - это те, в которых суд постановил, что имелись доказательства prima facie небрежности или некоторые доказательства небрежности, которые должны были быть представлены присяжным.