Многие авторы находят в патриотизме или в национальной чести главную или единственную причину войны. Джонс (37), фрейдист, например, говорит, что патриотизм-это сумма тех причин войны, которые являются сознательными в отличие от подавленных мотивов. Николай (79) говорит, что патриотизм и шовинизм не имели бы смысла и интереса без ссылки на войну, и что для искусства мира вообще не нужен патриотизм. Хеш-Эрнст (32), другой немецкий писатель, говорит, что патриотизм превратил историю в историю войн. Он развил высшие добродетели (и худшие пороки), но он создает искусственные границы между народами и дает каждому бойцу веру в то, что он борется против грубой силы. Веблен (97) говорит, что патриотизм-единственное препятствие на пути к миру между народами. Маккарди (37) говорит о парадоксе человеческой природы, проявляющемся в том факте, что лояльность, которую мы называем патриотизмом, которая может сделать человека благодетелем для всей расы, может стать угрозой человечеству, когда она узко сфокусирована. Новичов говорит, что то, что должно быть иностранным, - это чисто условный вопрос. Другой писатель замечает, что патриотизм-это обличье, под которым бушуют инстинкты тигра и волка.
Несколько авторов, Пауэрс (75), и особенно Веблен, ставят вопросы национальной чести в число главных причин войны. Веблен утверждал бы, что войны никогда не происходят, если только соответствующие вопросы сначала не превращаются в вопросы национальной чести—и только тогда, но только тогда, поддерживаются как вопросы морали. Можно найти других писателей, которые делают те же [79]заявления о чести, говоря, что войны всегда происходят из—за вопросов национальной чести-честь всегда означает здесь, давайте заметим, не моральный принцип, а престиж, достоинство, аналогичное тому, что мы называем личной гордостью за личность.
В широком смысле мы можем сказать, что такие взгляды на войну основываются на том факте, что нации-это индивиды, обладающие индивидуальностью и самосознанием, и ими движут эмоции, которые доминируют над индивидом, хотя такие аналогии между индивидом и группой никогда не бывают свободны от возражений. Но то, что сознание группы как личности может быть чрезвычайно интенсивным, полным агрессивности, нетерпимости и гордости, большой чувствительности ко всему, что находится вне группы, конечно, очевидно из истории наций. Группы, наделенные таким образом чувством солидарности и восприимчивости, становятся высокоактивными и стойкими личностями, которые проходят по страницам истории с огромной силой и целеустремленностью. Таким образом, нации живут интенсивно, и в их сильных чувствах и личных качествах выражаются цели и идеалы, сознательные и бессознательные, аналогичные тем, которые делают индивида также исторической единицей.
По-видимому, существуют два аспекта групповой личности, которые необходимо подробно исследовать в любом исследовании войны и которые следует отличать друг от друга, поскольку они могут быть связаны с примитивным или центральным эмоциональным качеством, которым обладает каждый из них. Это патриотизм и чувство чести, первое, для наших целей, следует рассматривать как сумму привязанностей, которые народ испытывает к тому, что является его собственным; второе-сумма тех чувств и установок, эмоциональным корнем которых является гордость. Эти чувства являются аффективной основой идеи национализма.
Патриотизм, или любовь к стране, или чувство лояльности к стране, - это очень сложная эмоция или настроение, и ее объект, идеальная конструкция, формируется в процессе абстракции, в которой определенные качества дома, окружающей среды, социальных объектов, выбранных этими чувствами, превращаются в [80]составное целое. Патриотизм непосредственно связан с тем фактом, что люди по той или иной биологической или иной необходимости формируются в группы, в которых сознание индивида по отношению к группе, ее членам и среде обитания отличается от сознания по отношению ко всему внешнему. Патриотизм-это преданность всему, что относится к группе как отдельной единице, и его форма и интенсивность зависят от того, что делает группа как единое целое. Очевидно, что размер и организация группы, в которую может проникнуть патриотическое чувство, могут сильно различаться.
По-видимому, в патриотизме существует пять более или менее различных и различных факторов; или, мы могли бы сказать, пять или более объектов привязанности, любовь к которым все вместе составляет патриотизм. Этими объектами являются: дом как физическая страна; группа как совокупность индивидов; нравы, сумма обычаев народа; страна как личность или исторический объект и ее различные символы; лидеры или организованное правительство или государство, его условности и представления.