Стук шагов. Тяжелых и медленных.

Охранник вытаращился на нее. Он привык к тому, что родители в такие моменты обрушиваются на детей, трясут их, пока зубы не застучат, чтобы добиться правды. Мама Ноя же совсем не походила на женщину, которая станет так поступать. Она выглядела мамой, которая, задав сыну вопрос, скорее поверит ребенку. А такое увидишь не каждый день.

– Ты же не крал эти карты, – спросила она, повернувшись к мальчику, и вопрос этот задала так, что он прозвучал утверждением.

– Нет, конечно, – ответил Ной, и это было правдой, потому что он их не крал.

– Ну тогда, – сказала мама, снова обращаясь к охраннику и пожимая плечами, – тут не о чем больше и говорить. Пока нам будет довольно извинения, но я считаю, вы должны сделать благотворительный взнос организации по моему выбору – как компенсацию за ваши облыжные обвинения. Скажем, на охрану каких-нибудь животных. Маленьких и пушистых, их я люблю больше.

– Боюсь, все не так просто, мадам, – стоял на своем охранник. – Факт остается фактом: карты оказались в кармане у вашего сына. И кто-то их туда наверняка положил.

– Ах да, – ответила ему мама, взяла у Ноя карты и отдала с улыбкой охраннику. – Но это же волшебные карты, нет? Вероятно, они туда сами запрыгнули.

Еще одно счастливое воспоминание. О таких вот Ной и старался не думать. Но тот магазин был совсем не похож на лавку, в которой он стоял сейчас. Во-первых, здесь не было никаких охранников. Никто бы не обвинил его в том, чего он не делал. Ной закусил губу и нервно огляделся: может, лучше выйти и двигаться к следующей деревне? Но не успел и шевельнуться, как его отвлек стук. Стук этот приближался.

Стук шагов.

Тяжелых и медленных.

Ной затаил дыхание и хорошенько прислушался – даже сощурился, как будто так можно лучше расслышать. Шаги на миг вроде прекратились. Ной облегченно перевел дух, но обернуться не успел – они зазвучали снова, и мальчик замер на месте, пытаясь определить, откуда же они доносятся.

«Снизу!» – подумал он и посмотрел под ноги.

И само собой – кто-то поднимался наверх из подпола: тяжелые сапоги грохотали вверх по лестнице, с каждым шагом – все ближе и ближе. Ной обвел взглядом лавку – не один же он их слышит – и тут понял, что один: в магазине игрушек больше никого не было, а он этого сначала даже не понял.

Кроме, ну, марионеток.

– Эй? – боязливо прошептал Ной, и эхо немного полетало вокруг. – Эй, тут есть кто-нибудь?