В этом мире он обнаружил два изначальных принципа {38} в действии, один из которых относится к свету и теплу, другой-к темноте и холоду. Из союза этих двух принципов происходят все наблюдаемые вещи в творении, и над этим союзом господствует данная Богом сила, имя которой-Любовь. Из этих двух принципов светлый аналогичен Огню, темный-Земле, он считал первое мужским или формирующим элементом, второе-женским или пассивным элементом; поэтому первое имело аналогии с Бытием как таковым, второе-с Небытием. Небесные существа, солнце, луна, звезды, состоят из чистого Огня, следовательно, имеют вечное и неизменное бытие; они находятся на крайнем краю Вселенной, и им соответствует в центре другая огненная сфера, которая сама по себе неподвижна и является причиной всего движения и порождения в смешанной области между ними. Мотив и порождающая сила, иногда называемая Любовью, в другое время называется Парменидом Необходимостью, Носителем Ключей, Справедливостью, Правителем и т. Д.
Но в то время как в той мере, в какой существовал союз в создании человека или любого другого существа, [102] председательствующий гений мог символизироваться как Любовь; с другой стороны, поскольку этот союз был союзом противоположностей (Света и Тьмы), Раздор или Борьба также имели свое право голоса в союзе. Таким образом, природа и характер каждого существа были результатом действия двух антагонистических сил, и их особое совершенство или недостаток зависели от пропорций, в которых эти два элемента—свет и тьма, огненное и земное—были смешаны.
Ни один персонаж греческой древности, по крайней мере в череде философских учителей, не занимал более почетного положения, чем Парменид. Соотечественники смотрели на него почти с суеверным почтением. Платон говорит о нем как о своем "Отце Пармениде", которого он "почитал и почитал больше, чем всех других философов вместе взятых". Процитируем профессора Джоуэтта во введении к диалогу Платона "Парменид", он был "основателем идеализма, а также диалектики, или, в современной фразеологии, метафизики и логики". Логический аспект его учения мы увидим более полное воплощение в его ученике и преемнике Зеноне; его метафизика, подводя итог тому, что уже было сказано, можно отметить, что ее существенное превосходство состоит в совершенной ясности и точности, с которой Парменид провозгласил в качестве фундаментального в любой теории познаваемой вселенной приоритет самого Существования, не только или главным образом во времени, но и как условие о том, что у вас возникли какие-либо проблемы с запросом в. Он практически признает, что не видит, как преодолеть раздел между Существованием как таковым и изменчивыми, временными, существующими вещами, о которых чувства дают нам представления. Но какова бы ни была связь, если она есть, он убежден, что нет ничего более абсурдного, чем {40} каким-либо образом или в какой-либо степени сделать данные смысла мерой реальности существования или источником, из которого возникает само существование.