— Ты ведь Лёша? — её губы растянулись в усмешке, а прищуренные глаза внимательно следят за мной.
— Что? — в подобных ситуациях, когда нет уверенности — меня поймали на лжи или это недоразумение, в голове пролетает сотня мыслей за секунду. Стараюсь оттянуть время, но уже понимаю, эта девушка не ошиблась, она выследила меня и задала вопрос, заранее зная ответ.
Рассматриваю её, стараясь вспомнить. Рост чуть выше полутора метров, лет от пятнадцати до двадцати, сейчас этих подростков не разберешь, короткие волосы, гладко зачесанные назад и стянутые резинкой, похожи на обрубок собачьего хвоста. Она некрасива, смуглая кожа со светлыми пятнами создает ощущение будто девушка редко моется.
Что-то проносится в голове — знакомый образ, но я не успеваю его поймать.
Ей не нравится мое внимание, сжимает руки в кулаки, прячет в карманы мятой толстовки и опускает голову ниже.
— Я знаю тебя, — выражение лица меняется, вместо улыбки — стиснутые зубы, брови сошлись почти в прямую линию.
— Не думаю, — улыбаюсь, хотя сердце стучит чуть быстрее, а уголок рта слегка дергается.
— Я нашла тебя, — продолжает она. — Пришлось проверить и перерыть полсотни вариантов, но я нашла тебя! — Эти слова она почти выплевывает.
Кажется, я начинаю понимать, кто это.
Пару месяцев назад мне написала девушка с ником "Настя Беда". Мы состояли в общем чате, какой-то писательский марафон. Я завел аккаунт "Лёша" для этого, нравится писать. Я даже не участвовал, интересных мне женщин среднего возраста там не было, одни подростки да пенсионеры. Но перекинулся парой фраз в чате. Насте этого хватило, она сама пришла ко мне в личку и начала диалог.
У меня есть теория — мы всегда притягиваемся к подобному. Мы ищем людей на подсознательном уровне похожих на нас. Нам кажется они лучше нас поймут, с ними будет проще. Но на деле мы находим то, что в себе не любим и от чего желаем избавится.
Итак, на её аве грустная девочка-аниме. Привет, как дела, кто ты... Обычные вопросы, легкий разговор, немного флирта. Мне не приходится даже спрашивать, она вываливает на меня подростковые сопли, проблемы с родителями, селфхарм, и одиночество.
Я даже понимаю её. Помню, как это бывает. В таком возрасте кажется что весь мир против тебя. Хочется кричать и выть от тянущей пустоты внутри, хочется зацепиться за кого-то, кто вытащит тебя и поможет почувствовать, что ты не один. Знаем, проходили. Но я не гожусь в спасители, а она слишком юна для моих интересов. Я не ответил.
Она разозлилась. Закидала меня сотнями сообщений с проклятиями, пока я не добавил ее в черный список. А сейчас стояла передо мной. Маленькая, злая и уверенная, что имеет право что-то требовать.
Ну что ж. Я этого не хотел, но раз уж она сама пришла...
— Настя, — она вздрагивает, удивлена, что я так быстро понял, кто она. Протягиваю руку, — давай поговорим, — улыбаюсь как можно мягче.
В свои сорок пять я выгляжу неплохо, но для подростков все люди за двадцать уже старики.
Она смотрит на меня оценивая — для неё я невысокий худощавый мужчина с прозрачными серыми глазами, похожий на доброго дядюшку. Я тщательно слежу за тем, чтобы вызывать расположение и внушать доверие.
— Ты все-таки сбежала из дома? — поворачиваю её ладонь с обкусанными ногтями, осторожно задираю рукав толстовки и нежно веду по россыпи тонких шрамов на запястье. — Думаю, ты поступила правильно.
Её взгляд бегает, губы дрожат и, наконец, она плачет. Я притягиваю её ближе, как заботливый папа, и оглядываюсь по сторонам. На улице никого нет, только бездомный храпит на скамейке, но он не в счёт.
Веду её к машине, усаживаю на заднее сиденье, помогаю пристроить объемный рюкзак, мимоходом интересуюсь, знает ли кто, где она.
Сажусь за руль, завожу машину и трогаюсь. Гараж недалеко, только готовил я его для другой гостьи. Но не страшно, всему свое время.
Надо быть осторожнее.