К началу 70-х годов в северных морских широтах СССР находились 43 современных подводных лодки, предназначенных для задержания американских сил, в случае если они отправятся для высадки в Европе. По расчётам специалистов в случае серьёзного боевого столкновения наши могли сохранить не больше трёх субмарин. Но в глобальной войне такая плата за уничтожение противника считалась допустимой.
К концу 70-х годов дело осложнилось. У американцев появилась система SOSUS – огромные поля акустических антенн, которые Штаты раскинули по Тихому и Атлантическому океанам. На советском Севере они шли от Норвегии до острова Ян Майн.
В новой ситуации скрытно пройти в Тихий океан или Атлантику становилось практически невозможно. Наши ПЛ враг «видел» уже за несколько сотен километров.
Для решения проблемы пробовали создать специальный дивизион подводных лодок, ориентированных на выведение из строя отдельных частей системы. Результаты были не слишком обнадёживающими. Но и у американской системы нашли уязвимые «точки» - береговые гидроакустические станции (БГАС). Достаточно было вывести одну такую из строя и нарушалась работа всей системы. Удалённых технических средств для этого не было.
Единственным надёжным средством уничтожения БГАС могли быть только разведчики специального назначения.
На Северном флоте было решено восстановить разведывательный пункт специального назначения (РПСпН). Его сформировали в 1983 году. Штат нового, 420-го пункта составил 185 человек. Формировали его с серьёзными трудностями. Из первых водолазов, прибывших с Балтики, под воду на Севере можно было отправлять меньше половины. В процессе акклиматизации до 70% личного состава заболевало простудами.
Офицеров собирали со всего Северного флота. Брали даже из морской пехоты и морской авиации. Главным требованием было отменное здоровье. Далее проводилась личная беседа для определения соответствия будущей должности.
В первую очередь на рядовые и офицерские должности брали уроженцев Мурманска и других северных городов и населённых пунктов. В 1986 году прошли первые боевые учения. Они показали, что для подготовки операций в условиях Севера нужно по крайней мере в 2 раза больше технического персонала. Были преодолены трудности по возможности вывода водолазов на грунт с АПЛ.
В составе части были сформированы два боевых отряда. Первый занимался подводными диверсиями. Второй проводил операции на суше, но с выходом с моря. В первую очередь это была работа против авиации НАТО, чьи самолёты базировались на аэродромах Северной Норвегии. Дополнительно работал отряд радио и радиотехнической разведки. Фактически в каждом отряде было по одной группе. Позднее штат пункта вырос до 300 человек. Но это было в основном увеличение технического персонала.
С началом боевой работы увеличился поток разведывательной информации о потенциальном противнике в Норвегии и Исландии. Всего потенциально опасных объектов было более сорока. Из них 4 – те самые БГАС из американской системы SOSUS. Теперь о них была собрана вся информация, включая агентурные источники.
Были созданы боевые посты приготовления групп к выполнению задачи, где держали всё нужное имущество. Это позволяло в случае необходимости значительно сократить время достижения полной боевой готовности подводных профессионалов. По словам первого командира пункта Г. И. Захарова, невзирая на сложность выполняемых задач, в группах не было ни одного случая со смертельным исходом. Это объяснялось тем, что в работе разведчиков было принято перед выходом на задание обсуждать все, даже самые невероятные возможности развития событий.
Работа пункта показала его исключительную эффективность. Поэтому подобные подразделения были созданы и действовали по всем флотам.
Что вы об этом думаете, пишите в комментариях и ставьте лайки! Читайте другие интересные статьи на нашем канале.