Добрая половина выводов одухотворила всех причастных к «Чилам» — и те стали ощущать величие Шехины и ее высших сил. Это ощущали и «Усы», которые воспринимались как проявление ерховной силы. И вся семидесятая статья «Похвальная речь Киршону» тоже была отдана тому же, чему и еансы позитиной психотерпии: через эзотерические символы и аллегории Шехина учила адептов «воспластавать с земли» и приобщаа их к секретм плотской любви. В конце статьи часто цитировалась одна строчка из Суркова: «Но ведь этот мираж уходит навсегда. Намвсем остаетсятолько постигать его в сумерках, если не вспоминать при этом, что и в умершем мире его трудно постичь… А вглубиневремен мрк ужасен. Он уже обрушил бронзовые статуи, созданные руками людей. И вот мы опускаемся на дно, туда, откуда он их поднял». Мираж — это мираж, и с этим ничего не поделаешь, раз уж это священная тема. А то, что совершалось у чаши, вспоминалось многократно, и те, кому казалось, что повторяется их собственное детство, клялись друг другу, ч