Добавить в корзинуПозвонить
Найти в Дзене
Войны рассказы.

Санитар.

Иван Петрович Колесников. Два ордена Славы, медали: «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда».
В начале 1942 года в полк прибыло подкрепление, очень его ждали, тяжёлые бои выбили больше половины личного состава. Вспоминая эти дни, особо хочу отметить прибывшего санитара. Ростом метра два, тихий и спокойный мужчина с густой бородой. Если для фронта великаны не были редкостью, то бородатые – это уже новость, все кто попадал в госпиталь, желали видеть такое чудо. Ходили разговоры, что оставить бороду ему разрешил сам командир дивизии, проверять, так это или нет, времени, и возможности не было, на том и верили.
Больше недели было затишье, немцы обстреливали нас из пушек, бывало, миномёты работали, но это было больше для устрашения, так как прицельного огня они не вели. Рано утром - в атаку, поднялась вся рота, командир был с нами, не дошли мы до немецких траншей, пулемёты их помешали, они буквально косили бойцов, подчиняясь приказу, залегли, а через полчаса отползл
На фото реальные санинструкторы. Героя рассказа на фото нет.
На фото реальные санинструкторы. Героя рассказа на фото нет.

Иван Петрович Колесников. Два ордена Славы, медали: «За отвагу», «За боевые заслуги», «За оборону Сталинграда».

В начале 1942 года в полк прибыло подкрепление, очень его ждали, тяжёлые бои выбили больше половины личного состава. Вспоминая эти дни, особо хочу отметить прибывшего санитара. Ростом метра два, тихий и спокойный мужчина с густой бородой. Если для фронта великаны не были редкостью, то бородатые – это уже новость, все кто попадал в госпиталь, желали видеть такое чудо. Ходили разговоры, что оставить бороду ему разрешил сам командир дивизии, проверять, так это или нет, времени, и возможности не было, на том и верили.

Больше недели было затишье, немцы обстреливали нас из пушек, бывало, миномёты работали, но это было больше для устрашения, так как прицельного огня они не вели. Рано утром - в атаку, поднялась вся рота, командир был с нами, не дошли мы до немецких траншей, пулемёты их помешали, они буквально косили бойцов, подчиняясь приказу, залегли, а через полчаса отползли не солоно хлебавши. Вот тогда я и увидел эту гору, вместе с остальными пришёл Иван, тот самый санитар, нужно было вынести с поля боя раненых. Раз за разом они уползали, от немцев стрельба, наши пулемётчики пытались прикрыть, отвечая своим огнём, кто-то в траншее перекрестился, желая успеха медикам. Доставляя раненых, санитары тяжело дышали, после второго бойца обе девушки-санитарки сдались, упав в окоп, пускали клубы пара изо рта, силы закончились, нужен был отдых. Несколько бойцов вызвались в помощь, перекинув через голову медицинские сумки, оружие с собой не брали, с него только помеха. Иван уполз уже в пятый раз, сколько силы было в этом человеке?!

Вечерело, большая луна, выглянув из-за облаков, осветила всё вокруг, тут крестись не крестись, страшно! Иван подтащил раненого командира роты, в двух словах рассказал, что нашёл его услышав стон, а ведь он там уже не раз ползал, приняли его в траншее, отдышавшиеся девушки, перевязали, бойцы соорудив несколько носилок из того что было под руками, уносили раненых подальше. Иван снова ушёл, мы заждались, слишком долго его не было, вдруг сопит кто-то, бойцы пароль спросили, а в ответ русский мат, приняли за отзыв, немец так не сможет. Иван перевалил за бруствер одного за другим двух раненых немецких офицеров, даже он устал, дышал тяжело, часто кашлял. Напоили его из солдатских фляжек, отдышался, сказал, что лог ещё не проверил, может, и там кто есть? Через полчаса началась стрельба, нет, тут уже не пулемёты, ружейный огонь был. Комвзвода поднял людей, спрашивать разрешения времени не было, люди поднялись, пригибаясь, побежали. Отбили тогда Ивана у немцев, четыре пули в нём было, а он тащил раненого красноармейца, если бы не наша помощь, добили бы его враги.