Кроме этой Книги Закона, со времен Моисея и до Пленения не было другой Книги, принятой иудеями за Закон Божий. Ибо Пророки (за исключением немногих) жили во время самого Плена; а остальные жили лишь немного до него; и были так далеки от того, чтобы их Пророчества обычно принимались за Законы, что их личности преследовались частично лжепророками, а частично Царями, которые были соблазнены ими. И сама эта Книга, которая была подтверждена Иосией для Закона Божьего, а вместе с ней и вся История Дел Божьих, была утеряна в Плену и разграблении города Иерусалима, как видно из 2 Ездры 14.21. “Закон Твой сожжен; поэтому никто не знает того, что делается от тебя, о делах, которые начнутся”. И до Пленения, между временем, когда Закон был утерян (что не упоминается в Писании, но, вероятно, можно считать временем Ровоама, когда Шишак, царь Египта, взял добычу из Храма(1 Царств 14.26.)), и временем Иосии, когда он был найден агейном, у них не было написанного Слова Божьего, но они правили по своему усмотрению или по указанию таких, как каждый из них почитал Пророков.
Ветхий Завет, Когда Он Был Канонически
Отсюда мы можем сделать вывод, что Священные Писания Ветхого Завета, которыми мы располагаем в наши дни, не были Каноническими и не были Законом для евреев до восстановления их Завета с Богом по возвращении из Плена и восстановления их Общего богатства под Ездрой. Но с того времени и впредь они считались Законом иудейским, и за это переведены на греческий язык Семьюдесятью старейшинами Иудеи, и помещены в Библиотеку Птолемея в Александрии, и одобрены для Слова Божьего. Теперь, видя, что Ездра был Первосвященником, а Первосвященником был их Гражданский Соверен, очевидно, что Священные Писания никогда не были Законами, но были созданы Гражданской Властью Соверена.
Новый Завет Начал Канонично Подчиняться христианскому Правлению Благодаря Писаниям Отцов, живших во времена, предшествовавшие принятию христианской религии, и санкционированным императором Константином, мы можем обнаружить, что Книги, которые у нас сейчас есть из Нового Завета, считались христианами того времени (за исключением немногих, из-за недостатка которых остальные назывались Католической Церковью и другими Херетиками) для предписаний Святого Духа; и, следовательно, для Канона или Правила Веры: таково было уважение и мнение, которое они имели о своих Учителях; как правило, почтение, которое Ученики питают к своим первым Учителям во всех видах учения, которое они получают от них, не мало. Поэтому нет никаких сомнений, но когда Святой Павел писал Церквам, которые он обратил, или любому другому Апостолу или Ученику Христа, тем, кто тогда принял Христа, они приняли эти свои Писания за истинное христианское Учение. Но в то время, когда не Сила и Авторитет Учителя, а Вера Слушателя заставили их принять это, не Апостолы сделали свои собственные Писания Каноническими, но каждый Обращенный сделал их таковыми для себя.
Но здесь вопрос не в том, что какой-либо христианин сделал Законом или Каноном для себя (который он мог бы снова отвергнуть, по тому же праву, по которому он его получил), а в том, что было сделано Каноном для них, поскольку без несправедливости они не могли бы сделать ничего противного этому. То, что Новый Завет в этом смысле должен быть Каноническим, то есть Законом в любом месте, где Закон Общего богатства не сделал его таковым, противоречит природе Закона. Ибо Закон (как уже было показано) - это Повеление того Человека или Собрания, которому мы дали Верховную Власть, устанавливать такие Правила для направления наших действий, какие он сочтет нужным; и наказывать нас, когда мы делаем что-либо, противоречащее тому же самому. Поэтому, когда какой-либо другой человек предложит нам какие-либо другие Правила, которые не предписал Верховный Правитель, они будут всего лишь Советом и Советом; что, будь то хорошо или плохо, тот, кому советуют, может без несправедливости отказаться соблюдать, а когда это противоречит уже установленным Законам, без несправедливости не может наблюдать, насколько хорошо, каким бы он это ни представлял. Я говорю, что в этом случае он не может наблюдать то же самое ни в своих действиях, ни в своих разговорах с другими людьми; хотя он может без всякой вины верить своим частным Учителям и желать, чтобы у него была свобода следовать их советам; и чтобы они были публично приняты за Закон. Ибо внутренняя вера по своей природе невидима и, следовательно, освобождена от всякой человеческой юрисдикции; в то время как слова и действия, которые вытекают из этого, как нарушение нашего Гражданского послушания, являются несправедливостью как перед Богом, так и перед Людьми. Итак, видя, что наш Спаситель отрекся от своего Царства в этом мире, видя, что он сказал: "Он пришел не судить, но спасти мир", он не подчинил нас иным Законам, кроме Законов Общего богатства, то есть евреев Закону Моисея (который, как он говорит (Матф. 5), он пришел не уничтожить, а исполнить), и другие народы Законам их нескольких Царств, и все люди Законам природы; соблюдение этого, как он сам, так и его Апостолы в своем учении рекомендовали нам, как необходимое условие того, чтобы быть допущенным им в последний день в его вечное Царство, где будет Защита и Жизнь вечная. Видя тогда, что наш Спаситель и его Апостолы оставили не новые Законы, обязывающие нас в этом мире, но новое Учение, готовящее нас к следующему; Книги Нового Завета, которые содержат это Учение, до тех пор, пока им не было заповедано повиноваться, что Бог дал власть на земле быть Законодателями, не были обязательными Канонами, то есть Законами, но единственными хорошими и надежными советами для руководства грешниками на пути к спасению, которые каждый человек мог бы принять и отказаться на свой страх и риск, без несправедливости.