Такие вопросы мне всё время задают, и каждый раз мне приходится рассказывать о своих приключениях.

Мне даже стали приходить письма с вопросами, как проще всего добраться до Парижа.

И вот, чтобы не рассказывать каждый раз всё сначала, я решил записать свою историю.

Я — обычная домашняя мышь, и зовут меня Штефан. Но все называют меня Бобромышем. Откуда у меня такое странное прозвище? В детстве я очень любил подгрызать деревья, совсем как бобры. Для моих родителей это было загадкой. Папа уже подумывал, что я вовсе не настоящая мышь. Но потом я подрос и избавился от этой бобриной привычки. Наверное, я наконец понял, что своими маленькими мышиными зубками никогда не смогу свалить дерево.

Родился я в Мюнхене, на улице Райской. Если вы думаете, что я это название выдумал, то достаньте план города Мюнхена и найдите эту улицу, по-немецки она называется Парадисштрассе. Такая улица и вправду есть. Только вот моего родного дома там, к сожалению, больше нет.

Это был прелестный старый дом, он стоял среди новых, очень высоких зданий. У нашего дома был маленький задний дворик, и в нём росли два больших куста бузины.

В подвале этого дома жили мы — семья мышей: моя мама, мой папа, мой дедушка, мои братья Большезуб, Короткохвост и Белолап и моя маленькая сестрёнка Лилофея.

Над нами жил один старик по имени Элерс, и у него был кот по кличке Карло.

Из-за кота во дворе иногда поднимался ужасный шум и гам. Тогда выходил Изе- грим и прогонял Карло.

Изегрим — это пудель, он жил на чердаке, у художника Крингеля. Господин Крин- гель рисовал картины, любил сыр и белый хлеб. За это мы, мыши, любили его. Изегрим раньше выступал в цирке и объездил весь мир. Он умел ходить на задних лапах и иногда, когда мы, мышата, его просили, показывал нам сальто. Изегрим был очень добр с нами, мышами, да и вообще хорошо ладил со всеми животными — кроме кошек. Кошек он ненавидел. И не только потому, что он пёс. Была у него и другая причина.

Изегрим два года выступал в цирке в одном номере с кошкой. Она лежала в детской коляске, на голове у неё был детский чепчик, а Изегриму в коротеньком белом платьице приходилось катать коляску по манежу. При этом кошка всегда шипела ему какие-нибудь гадости. Но Изегрим не мог дать ей по башке — ведь он должен был катать её по кругу на глазах у публики.

Но однажды вечером Изегрим не выдержал. Кошка прошептала ему: «Ах, мой миленький Изегримчик, ты такой смешной в этом коротком платьице, какие у тебя кривые ножки».