Это они нас ещё в зверином облике не видели, — пробормотала она под нос

Это они нас ещё в зверином облике не видели, — пробормотала она под нос. — Может, Динал был прав. — В чем прав? — В том, что мой народ в той пещере. — Разве дроу тебя учили, как жить? Может, по крови они тебе и народ, и внешне ты будешь там своей, но там нет ни солнца, ни луны, ни дождя, ни леса. — Да, я знаю. Просто взгрустнулось. Он погладил ее по плечу: — Все это временно… Точно. Сегодня вечером сделаем лепёшек, ммм? Услышав про лепешки, Ксаршей сразу заулыбалась. Уголек нашел прекрасное укромное местечко среди камней, вдали от оживленного тракта, по пути собирая воду и споры синешляпников. Устроившись у костра, он перетер их в муку, а затем дал Ксаршей замешать тесто и напечь лепешек. — Помню, как маленьким всегда лез на кухню, — вспомнил он, проверяя их готовность. — Очень уж мне нравилось месить тесто, и мука такая сыпучая и приятная, мягкая. — А мне никогда не давалось печь, — вспомнила Ксаршей. — Зато какой вкусный хлеб был в семье Ванды. В Поместье не такой. — Ванда это бабушка отца? Удивительно, ты знаешь мою семью лучше меня самого… Лепешки у тебя хорошо получились. — Да, — ответила друидка. — Мы с ней крепко дружили. Она защищала меня от деревенских мальчишек. Те любили кидаться в меня камнями и грязью. Парень удивился: — Я думал, ты сама себя защищала и мальчишек, если надо, гоняла, как матушка. — Это у дроу женщины главные, в других местах не так. Я была очень робкой. Даже здесь, спустившись с тобой, долго шарахалась от всего. Помнишь пещеру с крысами? Трусиха. — Помню, — усмехнулся Уголек. — Увидел тебя такой напуганной и подумал, что в пещере сидит, по меньшей мере, дракон. Я тогда тоже здорово перетрусил. А с людьмискорпионами? Я ходил на подкашивающихся ногах, когда они чуть было не поймали меня… Страх испытывать не стыдно. Девушка только кивнула, откусив от горячей лепешки. Ей все равно было очень неловко за себя. — Я никогда не считал тебя трусихой, — продолжил Уголек. — Да и сейчас не считаю. Тени из-за угла любой шарахнется, а в Подземье не каждый спустится, когда просит кто-то полузнакомый. Она удивленно на него посмотрела. — Что? — парень пожал плечами. — Прошло пятнадцать лет, ты не узнала меня с первого взгляда, — он мягко улыбнулся. — Что угодно могло случиться за пятнадцать лет. Я мог стать разбойником, спеться с шайкой дроу или других бандитов, но ты доверилась мне. Это дорогого стоит. Впервые тогда почувствовал себя сильным и важным. — Я думала про это, — призналась эльфийка. — Особенно, когда ты обратился так официально.