Друидка медленно села на землю, осмотрев парня с ног до головы.

Друидка медленно села на землю, осмотрев парня с ног до головы. Да, это был он, Уголек, только вместо мальчика перед ней стоял юноша. Не такой высокий, как Ригель, не такой крепкий, а скорее по-эльфийски поджарый и гибкий, движения как у танцора. Голос не такой низкий, но в нем слышаться знакомые бархатные нотки. — Я хочу помочь, — задумчиво сказала она, — но чем? Волшебник не смог ее найти, а он гораздо более могущественный, чем я. У тебя есть какой-то план? Порывисто сев на землю, полуэльф эмоционально затараторил: — Я не доверяю ему! Меня не было в поместье, когда сестра исчезла, но мать рассказывала, что накануне к волшебнику приходил гость, и они надолго заперлись в кабинете, даже не спустились к обеду. К вечеру человек ушел, а наутро Талнисс уже не было. Корниат сказал, что не видит ее будущего! — фыркнув, он всплеснул руками. — Не знаю, насколько он силен, но верится с трудом, что от него могло укрыться столь значимое событие. Мать не стала слушать… Я научился у вас многому, и могу сказать одно: не магия унесла Талнисс из усадьбы. Добровольно или нет, но она ушла оттуда, своими ногами. Так говорят следы, и они ведут очень далеко… — он осекся, резко помрачнев. — Но я потерял его, этот след, и прошу помочь вновь его найти. Ксаршей задумчиво кивнула, уже прикидывая план действия. След найти не такая уж и проблема, можно обернуться зверем или поговорить с местными животными. Лишь бы только не размыло дождем. — Уголёк, скажи как далеко до поместья? — спросила она. — Я добирался Подземьем, — полуэльф повесил на плечо развесистый лук, — это дватри дня, если спешить. По поверхности недели две, зато безопасней. Уголек подавил печальный вздох, все сигналы его тела говорили о еле сдерживаемом нетерпении, и сам он был похож на стрелу, готовую пуститься в полет. Кажется, он изо всех сил старался это скрыть и, возможно, даже был уверен, что преуспел, но Ксаршей видела все его эмоции как на ладони. Парень был еще очень молод и явно не навострился еще в искусстве лжи. Слова про Подземье вызвали у Ксаршей панику. Она слышала слишком много страшного, что от Паррена, что от Ригеля с Нари, чтобы усвоить: это ужасное место, способное перемолоть тебя словно зерно. Однако этот мальчишка, по его словам, пробыл там несколько дней и выглядел до неприличия полным жизни. Эльфийка резко встала на ноги и пошла в сторону своей избушки, сделав жест следовать за ней. В голове было столько вопросов. Как он умудрился пройти Подземье? Почему они не выходили на связь? Как давно Ригель болеет? — Как давно пропала твоя сестра? Парень устремился следом за ней. В темноте он видел, вероятно, не хуже нее. — Сестра пропала пять дней назад, а отец болеет больше месяца, мать сходит с ума. Я опасаюсь… — он запнулся на слове, — худшего исхода. Сейчас матери совсем ни до чего нет дела, кроме благополучия отца, а меня часто не бывает дома, — он сделал небольшую паузу и осторожно продолжил. — Прошу, не говорите матери, что я спускался в Подземье. Это далеко не первый раз, я почти пять лет регулярно охочусь там, но если она узнает… Ксар стиснула зубы от страха. Возможно, драгоценное время утекало, но ей сложно было решиться. Ужас перед темным и мрачным местом был слишком силен, но Ригель и Нари стали ей семьей, и даже эту девочку она считала родней, пусть ни разу и не видела. Сердце металось, не зная, как поступить.