Эту историю мне рассказала давняя знакомая, Людмила. Детство и юность Людмилы прошли в крохотной деревушке под Тюменью. Деревни той давно нет, на ее месте вот уже лет двадцать как построена дорога. Высохла и крохотная речушка, в которой когда-то купались маленькая Люда с деревенскими приятелями. Осталось только кладбище. Полузаброшенное, но осталось.
Скандал на кладбище
На кладбище покоятся родители Людмилы. Сама Людмила живет в соседней с Тюменской области, но каждый год приезжает навестить маму отца, поклониться их могиле, навести порядок - покрасить оградку, убрать мусор.
Посадив у родительских могил цветочки («чтоб не одиноко им лежать было»), Людмила устало опустилась на лавочку – передохнуть. Вдруг услышала неподалеку шум и женский плач, перемежающийся с бранью. Оглянулась и увидела, как у какой-то могилы ругаются молодой мужчина и две женщины, одна - молодая да дородная, другая – сухонькая и седая. Впрочем, кричала только молодая, старуха беззвучно шлепала губами, будто хотела что-то сказать, да не решалась. А мужчина стоял рядом, равнодушно покуривая. Потом к ним подошел еще один мужчина средних лет. Старуха, стыдливо прикрывая лицо ладонью, начала говорить с ним. По выражению ее лица Людмила поняла, что старуха или извиняется, или что-то просит. Мужчина кивнул. Молодуха между тем продолжала орать, потрясая кулаками в сторону пожилой женщины. Мужчины переглянулись, подхватили сварливую бабу и утащили прочь. Впрочем, мужчина постарше почти сразу же вернулся, переговорил о чем-то со старухой, пожал ей руки и ушел.
Людмиле, признаться, стало любопытно. И она не выдержала, направилась к недавней виновнице скандала, которая устало привалилась к росшей рядом с могилой сосне.
Тезки
Когда Людмила подошла и заглянула в лицо старухе, та плакала.
- Вам плохо? – испугалась Людмила.
- Нет, уже нет, - усмехнулась сквозь слезы та.
И, видимо, почувствовав немой вопрос, стала рассказывать. Наверное, ей просто нужно было выговориться, снять груз с души, а тут как раз благодарный слушатель.
… Старуху звали Евдокия Степановна. Она жила в поселке неподалеку, а здесь, на кладбище, была похоронена ее дочь. Молодой умерла, под машину попала. Водителя, ясно, судом и тюрьмой наказали, да ведь дочку не вернуть. Евдокия навещала могилу дочери постоянно и все жалела-печалилась, что некому будет ее саму схоронить, когда смерть позовет. Как-то проходя по кладбищу, Евдокия на одном из памятников прочитала табличку и остолбенела: Леонид Иванович Кулагин. Так звали ее мужа, пропавшего без вести много лет назад. Помнится, когда дочка Леночка еще жива была, поехал он в город покупать машину. И не вернулся. Сколько искали его, сколько слез пролила Евдокия Степановна, а все напрасно. Словно и не было никогда на свете такого человека. Исчез без следа! А тут – на памятнике – «Леонид Иванович Кулагин». Евдокия понимала, что похоронен здесь другой человек, просто тезка ее пропавшего мужа. Но поделать с собой ничего не могла. Она стала приходить на эту могилу тоже, ухаживать за ней, как за могилой дочери. Почему так поступает, женщина не понимала, да и, наверное, не хотела понимать. Может быть, ей стало казаться, что под этим могильным холмиком лежит ее покойный муж? А то, что покойный, Евдокия четно осознавала: не может человек, будь он жив, не дать о себе весточки! За столько-то лет! А могила тезки мужа Евдокии, признаться, выглядела заброшенной, словно никто сюда давно не приходил. И старуха постепенно уверилась, что похоронен тут родной ей человек, и она обязана отдать ему последний долг.
«Крыса кладбищенская!»
- А тут и случился этот скандал, - рассказывала мне потом Людмила, - приехали-таки на могилу Кулагина его родственники. Сын с внуком и невесткой. Не знаю уж, что возомнила невестка, только она, увидев у могилы незнакомую старуху, заорала: «Крыса кладбищенская, побирушка, прочь!» Бабка от таких слов опешила, засмущалась: и правда, что ей тут надо, у чужой могилы? А потом плакать давай. Так больно ей вдруг стало, словно по живому мясу острой бритвой! И ведь толком объяснить ничего не может! Поймут ли ее горе? А девка, видать, в раж вошла, чуть в драку со старухой не лезла. Ладно, сын Кулагина вмешался. Бабка-то ему кое-как объяснила, что делает у могилы его отца. Он не стал протестовать. Не могилу же делить, в самом деле! Старуха ведь никому ничего плохого не сделала, просто ухаживала за чужой могилой. Я, честно говоря, пожалела Евдокию Степановну. Потерять близких людей - горе-то какое! И если она нашла себе такое утешение – можно ли ее осудить?
Людмила помолчала немного и продолжила:
- Недавно я опять съездила навестить папу и маму. И встретила Евдокию Степановну. Исправно несет свою добровольную службу. Она мне сказала, что сын Кулагина попросил ее присматривать за могилой отца. Что она и делает.