Поселок, в который мы приехали, был погружен в такую же тьму, как и окружающая его тайга. Только в одном месте, видимо на центральной площади, стоял покосившийся столб с лампочкой Ильича на верхушке, которая, раскачиваясь на ветру, освещала пятачок перед сельским домом — местным, надо полагать, деловым центром. На многочисленных табличках перед входом значилось: «Почта», «Администрация», «Полиция», «Сбербанк», «Аптека», «Магазин» и, почему-то, «ЛДПР». В слове «Полиция» буквы «п» и «о» выглядели гораздо моложе остальной «лиции». Венчал все это великолепие портрет Ленина, с восхищением глядящего на лампочку своего имени, явно вышедший из-под кисти какого-то местного таланта. На двери висел амбарный замок, а окна украшали решетки в виде солнышка.
— Отелей в Крестовском нету, — подтвердил мои подозрения Миша, — Мы у моего родственника заночуем, у Силантьича. Вон тот дом, напротив. Сейчас, портки наденет и встретит.
Миша нажал на клаксон, ему ответил дружный собачий лай, а в доме, на который он указал, засветилось окошко.
— Мишка, ты что ли? — раздалось из-за забора.
— Я, Силантьич, с гостем. Отворяй.
Спустя минуту, заскрежетали открывающиеся металлические ворота.
Силантьич оказался мужиком лет шестидесяти пяти, с маленькими, но острыми, как буравчики, глазками. Его небольшой рост подчеркивали несоразмерно длинные руки, а борода, закрывающая большую часть лица, окончательно делала похожим на примата. Жена Силантьича, сухонькая женщина без возраста, вставшая среди ночи, чтобы накрыть для нас стол, не утруждала себя изображением радости от встречи. Буркнув что-то напоминавшее «Здрасьте», она молча поставила на стол кастрюлю с каким-то супом и вновь, зевая, удалилась в спальню.
— От же, учишь их, учишь, — проворчал Силантьич, собственноручно доставая из буфета бутыль с мутной жидкостью и стаканы, — да никак не научишь. Деревенские, что с них взять. Я-то сам не отсюда, с райцентра. Женился на местной, да и перебрался к ней. Семья ее крепко тогда на ногах стояла, хозяйство богатое, а я был так, голь перекатная. Ну, за встречу!
Я опрокинул в себя самогон, закусил его несколькими ложками горячего наваристого супа, а Михаил с Силантьичем принялись обсуждать какие-то свои семейные дела. Через десять минут я уже не мог заставить себя вникать в разговор за столом, глаза слипались. Это заметил Миша.
— Силантьич, гость наш совсем притомился, кажись. Поспать ему надо.
— Так это мы запросто, — засуетился хозяин. — И постелено уже. Завтра трудный день, путь неблизкий. Я уж лодку свою подготовил. Иди, Александр, ложись, отдыхай. Вон твоя комната. А мы еще чуток с племяшом посидим.
Не зажигая свет, я со стоном удовольствия растянулся на кровати и закрыл глаза. Кровать тут же сделала попытку взбрыкнуть и превратиться в проклятый УАЗ, а рука попыталась ухватиться за несуществующую опору. Обняв на всякий случай покрепче подушку, я, наконец, провалился в сон. Проснулся я от чувства, что в комнате кто-то был.
— Тсс, — уже знакомая черноволосая красавица приложила палец к моим губам. От руки девушки исходил запах скошенной травы, полевых цветов и солнца. На этот раз лицо ее было серьезным.
— Слушай меня внимательно. Что-то тут не так. Будь осторожен с этими людьми.
Теперь ее глаза были очень близко.
— Проснись! — девушка отпрянула и довольно сильно ударила меня по щеке.
От неожиданности я подскочил на кровати, дико озираясь. Комната была пуста и темна, только в щели под дверью виднелась узкая полоска света из гостиной и доносились приглушенные голоса. Я тихо босиком подошел к двери и прислушался.
— Да кто ж спорит? Деньги хорошие. Только грех на душу брать… — это был голос Силантьича.
— Да, по-любому, ик, поздно дергаться, — Миша был уже изрядно пьян. — Иваныч человек серьезный, его кидать — себе дороже. И ты пойми, Силантьич, не простой это парень. Из этих он, точно тебе говорю. Видит он их, только, походу, не соображает. Я ж тебе рассказываю: «Стой, — говорит, — давай девушку подберем». А! Я, конечно, дурачком прикинулся, но факт есть факт. И не грех то — свет от нечисти избавить. Да еще и не в накладе будем.
Силантьич снова тяжко вздохнул.
— Да я от уговора не отказываюсь, Миша. Ладно, давай спать, утро уже скоро.
Я открыл глаза и обнаружил себя, лежащим в кровати. За окном уже рассвело.
Продолжение:
Автор: Михаил Ламм
Источник: http://litclubbs.ru/articles/22604-olesja-glavy-2-7.html
Содержание:
Публикуйте свое творчество на сайте Бумажного слона. Самые лучшие публикации попадают на этот канал.
#мистика #проза #детектив #любовь #преключения
