Изяслав был огорчён. Он понимал, что братья обиделись на него и имеют право выказать ему своё недовольство, но вот идти на Киев

Изяслав был огорчён. Он понимал, что братья обиделись на него и имеют право выказать ему своё недовольство, но вот идти на Киев… Этого старший брат никак не ожидал. Киевский князь не боялся осады, дружина у него была большая, неплохо обучена, да и стены - ни у одного города не было таких высоких и мощных стен. Просто Изяславу была неприятна эта размолвка. Сам по натуре не очень воинственный, старший Ярославич, не любил никаких драк и баталий, а тем более с родственниками. И вот он ходил по княжескому терему, горестно вздыхал и ждал ответа.

Но вот дверь отворилась, и на пороге появился ратник, в руке его было письмо. Воин подошёл к князю, протянул ему послание, Изяслав взял депешу и, отпустив принёсшего её, принялся читать:

«Изяслав, мы уходим и уводим свои дружины, но знай, поступок, который ты совершил, направлен против единства Руси и против твоих родных братьев. Если подобное повторится, то тот, кто из нас останется жив, убьёт тебя и ославит по всему Отечеству. А ежели мы оба останемся живы, то каждый из нас убьёт тебя по одному разу. Святослав. Всеволод».

Киевский князь облегчённо вздохнул и улыбнулся. «Братья не хотят сейчас с ним общаться, но и Киев осаждать не будут, а это уже хорошо. А примириться можно и позже», - решил Изяслав, и чело его посветлело. И не знал он, что только благодаря Свиридову, братья отказались от своих намерений.

Когда Всеволод вернулся в Переяславль, весна во всю хозяйничала в его областях. Но была она злой, неласковой, жара стояла неимоверная, дождей практически не было. Таких аномалий старожилы не помнили. Вся растительность сохла на корню, та влага, которая иногда падала с небес, не приносила ни облегчения людям, ни свежести растениям.

Свиридов предложил рыть для орошения полей арыки от рек Трубеж и Альта. Через какое-то время каналы были вырыты, и живительная влага потянулась в поля. Хоть значительная часть урожая и была потеряна, но кое-что удалось спасти. Для того чтобы зимой люди не голодали, Всеволод приказал натуральный налог в княжескую казну урезать вдвое. Это его решение вызвало бурю восторга у простых людей и бурю негодования среди бояр. Но даже и они понимали, что если в этом году выжать из крестьян всё, в следующем, некому будет пахать и сеять, так как люди просто не доживут до будущей весны. Поэтому, поворчав для приличия, думные бояре успокоились.

Но засуха принесла и другие проблемы. Ольга, так мечтавшая вернуться домой, не могла осуществить своих замыслов, от чего стала раздражительной и злой. Злость свою она срывала на слугах и муже. Слуги молча терпели, а Андрей пытался образумить любимую, но все его попытки оканчивались неудачей.