Анастасия провожала свою дочь в столицу на учёбу:
- Помни, что бы с тобой ни случилось, я всегда приду на помощь!
- Мама, что со мной может случиться? Ты же знаешь, я послушная дочь, ни в какие авантюры не ввязываюсь. Или думаешь, я как ты, рожу без мужа? Мама, мамочка, прости, прости, прости, - спохватилась дочь, увидев, что мать расстроилась.
- Ох, не зарекайся, дочь. Ты уже взрослая, можно уже рассказать тебе мою историю. - После школы родители уговаривали меня поступить в местный пединститут, но мы же мечтали о большем. Подружка уговорила вместе поехать в столицу. Не поступили обе. Возвращаться домой было стыдно. Представляла, как родители будут ругать, отец ещё и посмеиваться при любом случае. Решили с подружкой остаться в Москве. Она-то сразу пошла в «ночные бабочки», а я наотрез отказалась. Начала искать работу, но на приличную работу без прописки и без образования не брали. Ещё же надо было где-то жить. И тут я наткнулась на объявление о том, что нужны уборщицы в ЖЭК, пред
Анастасия провожала свою дочь в столицу на учёбу:
- Помни, что бы с тобой ни случилось, я всегда приду на помощь!
- Мама, что со мной может случиться? Ты же знаешь, я послушная дочь, ни в какие авантюры не ввязываюсь. Или думаешь, я как ты, рожу без мужа? Мама, мамочка, прости, прости, прости, - спохватилась дочь, увидев, что мать расстроилась.
- Ох, не зарекайся, дочь. Ты уже взрослая, можно уже рассказать тебе мою историю.
- После школы родители уговаривали меня поступить в местный пединститут, но мы же мечтали о большем. Подружка уговорила вместе поехать в столицу. Не поступили обе. Возвращаться домой было стыдно. Представляла, как родители будут ругать, отец ещё и посмеиваться при любом случае. Решили с подружкой остаться в Москве. Она-то сразу пошла в «ночные бабочки», а я наотрез отказалась. Начала искать работу, но на приличную работу без прописки и без образования не брали. Ещё же надо было где-то жить. И тут я наткнулась на объявление о том, что нужны уборщицы в ЖЭК, предоставляется койко-место.
На работу меня взяли сразу. Жилплощадь предоставили. Это была двухкомнатная квартира в полуподвальном помещении. В одной комнате жили мужчины-дворники, в другой — женщины. Но я была рада и этому, всё не на улице. Работала много, надеялась накопить денег, а уж потом снять комнату и найти приличную работу. Уставала так, что приходила с работы и, даже не поужинав, валилась на кровать. Спала как убитая до утра. Первое время болело всё тело, утром невозможно было подняться с постели. Потом боль ушла, но просыпалась утром уже уставшая.
Как-то ночью проснулась оттого, что рот закрыт ладонью, которая пахнет дешёвым табаком. Попыталась вырваться, но услышала: «Заорёшь — прирежу!» Так я и лишилась невинности.
Утром пожаловалась начальнику, а он сказал: «Напишешь заявление в милицию, вылетишь отсюда, как пробка. Ты же нелегально здесь живёшь». Поплакала, но выбора не было, не стала писать заявление. Через месяц поняла, что беременна. Когда устраивалась на работу, начальник сказал: «Забеременеешь, сразу увольняйся». Я тогда ещё подумала, что со мной такого точно не случится. А вот и случилось. Ещё три месяца проработала, скрывая беременность. А потом меня выгнали. Вот просто взяли и выгнали.
Собрала я свои сбережения и купила билет домой. Приехала домой поздно вечером, мама как меня увидела, так запричитала: «Опозорила. На весь город опозорила. Уйди с глаз моих. Да хоть пропадом пропади».
Даже не раздеваясь, я развернулась и пошла обратно на вокзал. Купила билет на первый поезд. Вот в поезде я и встретила Анну Степановну. Она выслушала меня и предложила поехать к ней. Живёт она одна, детей нет, я ей вместо дочери буду.
У неё и жила, тебя родила. Работала, училась. Анна Степановна с тобой нянчилась. А с мамой помирилась, когда тебе уже семь лет было, но жить так и осталась с Анной Степановной.
- Прости меня, мама, я не хотела тебя обидеть. А я думала, что бабушка Аня мне родной была. Ну типа, папина мама.
- Она и была тебе родной. Всё, ложись спать. Завтра рано вставать. Главное — помни, я всегда приду тебе на помощь.