Найти в Дзене
Виктория Соболева

— Мы, Стрижовы, да. И я, и отец мой, Матвей Егорыч, местные.

— Мы, Стрижовы, да. И я, и отец мой, Матвей Егорыч, местные. А вот моя Саша Александровна, жена, с Украины. Овощи теперь выращивает. А раньше ткачихой была. Тогда много народу понаехало, когда Нефтеград строить начали. Кто по путёвке комсомола, кто сам по себе, кто за другом потянулся. — И большая у вас семья, Степан Матвеевич? — По сибирским понятиям — малая: трое. Мы с женой, да парень семь лет. — Как я?! — обрадовалась Витька. — А что он сейчас делает? — Рыбалит на речке, должно быть. Или матери в теплице помогает. Или купается. Умеешь плавать? — Степан Матвеевич лукаво сощурился. Витька хмыкнула: нашёл о чём спрашивать! Всё-таки она на море выросла, как-никак! — С четырёх лет, — скромно сказала она. — И год без матраца. — Молодец! — Степан Матвеевич не мог скрыть восхищения. — И ныряешь? Витька снова хмыкнула: а как же! Это её любимое занятие — залезть на плечи к дяде Арифу и — бултых! Как с вышки. Можно потом соревнование устроить, если кто-то сомневается... — Значит, батька вас в

— Мы, Стрижовы, да. И я, и отец мой, Матвей Егорыч, местные. А вот моя Саша Александровна, жена, с Украины. Овощи теперь выращивает. А раньше ткачихой была. Тогда много народу понаехало, когда Нефтеград строить начали. Кто по путёвке комсомола, кто сам по себе, кто за другом потянулся.

— И большая у вас семья, Степан Матвеевич?

— По сибирским понятиям — малая: трое. Мы с женой, да парень семь лет.

— Как я?! — обрадовалась Витька. — А что он сейчас делает?

— Рыбалит на речке, должно быть. Или матери в теплице помогает. Или купается. Умеешь плавать? — Степан Матвеевич лукаво сощурился.

Витька хмыкнула: нашёл о чём спрашивать! Всё-таки она на море выросла, как-никак!

— С четырёх лет, — скромно сказала она. — И год без матраца.

— Молодец! — Степан Матвеевич не мог скрыть восхищения. — И ныряешь?

Витька снова хмыкнула: а как же! Это её любимое занятие — залезть на плечи к дяде Арифу и — бултых! Как с вышки. Можно потом соревнование устроить, если кто-то сомневается...

— Значит, батька вас в Н-ске не встречает? — спросил Степан Матвеевич.

— В том-то и дело... — Людмила Петровна вздохнула.

А Витька молча достала из сумочки телеграмму и показала Степану Матвеевичу.

Он прочитал и задумчиво погладил себя по голове от затылка ко лбу.

— Нравится тебе наша сибирская столица? — спросил Степан Матвеевич.

— Нет, — чистосердечно призналась она. — Наш город лучше.

— Вика! — укоризненно покачала головой Людмила Петровна.

— Да, — стояла на своём Витька. — У нас море есть и пляж!

— И у нас есть, — улыбнулся Степан Матвеевич, — море и пляж.

— Зато обезьянок нет! Которые на верёвочке гуляют по улицам.

— Зато белочки есть! — в тон Витьке задорно сказал Степан Матвеевич. — Подкарауливают прохожих и требуют угощения. Не веришь?

Витька смущённо засмеялась и взглянула на маму. Брови у Людмилы Петровны выгнулись дугой, что означало крайнюю степень удивления, и она спросила:

— В самом деле?

— Придётся показать белок, — обратился Степан Матвеевич к шофёру.

Молодой веснушчатый парень понимающе кивнул и включил третью скорость...

НЕ ДОГОНИШЬ — НЕ ПОЙМАЕШЬ!

Витька не сразу поняла, куда их завезла серо-голубая «Волга» с шашечками на боку. Завезла и высадила.

С одной стороны — высокие здания, как в новом городе, газоны с цветами, автоматы «газ-вода». А с другой — деревья посажены без всякого порядка, как попало.

— Их нарочно перепутали? — спросила Витька.

— Нет, Вика, здесь, наверное, самый настоящий лес был, — улыбнулась Людмила Петровна.