Отчего-то хуже всех пришлось Халласу.

Отчего-то хуже всех пришлось Халласу. Вымокший до нитки, он стучал зубами и дрожал от холода. Клацанье его зубов было слышно за десять ярдов. На предложение Миралиссы надеть плащ упрямый гном ответил отказом. — Мы еще пос-смотрим, кто из нас проч-ч-нее! — Вот и все, что сказал Халлас, косясь на падающие с неба капли. — Ты смотри, заболеешь, я с тобой носиться не буду! — пробурчал Делер из-под плаща. — Никаких лекарств на ложечке не жди! — От-т тебя-то? — хмыкнул Халлас. — От т-тебя я никаких лекарств пр-ринимать не буду. З-знаю я вашу с-сволочную пород-ду! Нас-сыпешь какого-нибудь яд-да, а я потом хрипи, синей и заг-гибайс-ся! Такого удовольствия я т-тебе не доставлю! — Больно ты мне такой мокрый нужен! — пробурчал Делер. Халлас фыркнул и больше ничего не сказал, продолжая упрямо играть с дождем, кто кого пересидит. Отряд уже не несся сломя голову по полям пустоши, лошади перешли на быстрый шаг. Часа через три начнет темнеть, так что скоро придется нам останавливаться на ночлег. — Ну ког-гда же он кончитс-ся?! — взмолился наконец не вытерпевший гном. Губы у Халласа посинели, а зубы уже отбивали отчетливую дробь, соревнуясь по издаваемому звуку с боевыми барабанами орков. Скажу честно: услышь этот звук барабаны, они бы попросту лопнули от зависти. — Дождь кончится не раньше чем к завтрашнему утру, — сказал Медок, бросив взгляд на серое небо. — К утру?! — простонал Халлас. — Угу. И никак не раньше. — Слушай, Халлас. — К нам подъехал Угорь. — А ты пока объяви дождю перемирие. — Перемирие? — крайне подозрительно сказал Халлас, чувствуя какой-то свинский подвох в этом предложении. — А что? Продолжишь войну с ним попозже. — А разве т-так можно? — с сомнением спросил гном. — Почему нет? — Фонарщик, ехавший рядом со мной, пожал плечами. — Войны иногда прерываются перемирием. — Только не в-войны гномов! — запальчиво ответил Халлас. — Считай, что у тебя кончился порох и перемирие необходимо, — нашелся Угорь. Гном обстоятельно подумал, выжал намокшую бороду и, состроив рожу, будто он делал наиглубочайшее одолжение всему миру, сказал: — Ну ладно. Давайте ваш плащ, что ли? Делер уже открыл рот, чтобы высказаться о нестойкости гномов, идущих на уступки в боях, но поймал предупреждающий взгляд Угря и промолчал. Халлас укутался в плащ.