- «Недавно была в Троице-Сергиевой Лавре. Там стала свидетелем такого разговора. Прихожанка спрашивает у монаха, который принимает требы: "Можно ли подавать сорокоуст?" Он отвечает: "Был ли человек настоящим христианином, причащается ли он?" В противном случае записку принимать он отказывался. Я подаю требы, в том числе и сорокоуст, молебны за всех своих родственников, но никто из них не ходит в храм. Правильно ли я поступаю?»
Я считаю, что это абсолютно правильно. Продолжайте так же поступать. В Троице-Сергиевой Лавре один монах так поступает. Я не знаю, может быть, это уже в систему там вошло? Я знаю еще несколько монастырей, которые практикуют то же самое. Скажу Вам откровенно, я не понимаю, почему они это делают. Вот не понимаю, хоть убейте меня. Им, монахам, вообще-то положено молиться за весь мир. А они начинают сортировать: «Ходил ли человек в храм? Был ли он христианином? А он причащался, воцерковленный? Если воцерковленный, то давайте примем, помолимся за него. А если нет ― то и нет». Я этого не понимаю. Кому, как не монахам, молиться за людей?
Я, например, принимаю всех, не сортирую людей на тех, кто воцерковлен и невоцерковлен. Единственный критерий ― крещеный или некрещеный. Если крещеный, то принимаем. Если об упокоении подают, смотрим, чтобы был не самоубийца. В целом, мы принимаем всех и не спрашиваем, молился ли, ходил или не ходил. Молимся за всех. Мы на то и поставлены ― молиться. Не знаю, может, я чего-то не понимаю, но как так? Я ― мирской священник, женатый и молюсь за людей, не брезгую молиться. А эти монахи чего-то нос воротят.
Как делали, так и делайте. Подавайте, молитесь, а как же? Кто-то же за них должен молиться! Так что, все правильно Вы делаете.
Навигация по статьям канала Киберпоп ТВ
Дорогие друзья! В статьях с тегом «до запрета» используются вопросы, заданные мне на стримах или по е-mail в то время, когда я еще трудился священником. Темы, в них затронутые, актуальны и сейчас, что показывает ваш живой отклик, поэтому и публикую.
