Отзыв о книге написан Т. А. Шангиной, читательницей Белоярской библиотеки.
Если бы мне хватило воли вести дневник всю жизнь (знаю, что так делал Валерий Золотухин, Михаил Пришвин…), то населён бы этот дневник был книгами и околокнижными ассоциациями. Книги и моя жизнь, литературные герои и мои земляки, друзья – всё это нерасчленимо, неделимо.
Недавно литературная страна отмечала бо-о-ольшой юбилей Людмилы Улицкой. Я порылась в моей биографии – вынимаю первую попавшуюся карточку:
Людмила Улицкая «Зелёный шатёр». Очень удачно – это книга о моём поколении. Герои старше меня года на 4. 3 марта 1953 года (март 1953 года – кому что говорит эта дата?!), так вот, 3 марта 1953 года мне было 9 лет, героям Улицкой – 13. Память бережно перебирает: моё поколение – это сокурсники, удивительный директор школы Модест Петрович и его нежная Дюймовочка – жена Майка…
Их много. Яркие личности. Интеллектуалы. Свободные люди. Улицкая об этом поколении: «Это была не партия, не кружок, не тайное общество, даже не собрание единомышленников. Пожалуй, единственным общим знаменателем было их отвращение к сталинизму. И, конечно, ЧТЕНИЕ, жадное, безудержное, маниакальное чтение – хобби, невроз, наркотик. Для многих книга из учителя превращалась в её заменитель».
Вот так вот! Уж и не скажешь – хорошо ли это… Улицкая меня не знает, а вывернула мою душу наизнанку. Книга не вытеснила из меня друзей, не заменила пока ещё жизнь. Но она смягчила возрастную потерю друзей и отсутствие активной жизни. Я не живу, я читаю!
Читала я «Зелёный шатёр» много раз, подолгу. Она рассказала мне о моём поколении изнутри. Когда я ЖИЛА, мне некогда было думать о своих ровесниках. Сегодня Улицкая заставляет это делать. И я очень благодарна ей.
Часто Улицкая использует мой любимый жанр – безжанровые зарисовки. Получаются они тогда, когда у автора безразмерная душа, зрячие глаза и незамутнённая совесть. Делюсь с вами тем, что зацепило меня особенно.
«Эту страну надо лишить родительских прав».
«Сестра Жизнь передала душу на руки сестре Смерти».
«Но иногда силой духа можно победить и организовать внутри этого бездарного пространства оазис существования».
«Болезнь дала мне дополнительную остроту зрения, усилила радость видения мелких и огромных вещей».