Ну в общем, с первой шкурки прилетевшей сверху, и началась наша работа. Взяли, бросили, раскинули , посмотрели, оценили, передвинули на весы, завешали, скинули на телегу. Шкурки по весу были очень разные. Если забивали наш русский скот, то вес варьировался от 7 кг, это телята, до 70 кг, это такие у нас быки-производители были. Если шёл монгольский скот, мохнатые яки и хайлики, то они были полегче, от 5 до 35 килограммов. А количество забитого в день скота тоже было разным, бывало и 300, бывало и 1200.
Вот и представьте, сколько шкурок мы со Светой должны были перекидать за день. А если прикинуть ещё и вес, то вообще плохо становится. Перерывов в этой работе не было, вернее были, но только тогда, когда ломался конвейер. Но в таком случае забить скот не успевали и рабочий день продлевали. В общем, начинали мы под трубой где то в 7.50, заканчивались, если день удался, в 15.50, обед был полчаса, и ещё было два перекура по 10 минут. За весь день от своей трубы мы практически не отходили, так как очень хотелось уйти домой вовремя, особенно мне, потому что домой меня вёз автобус по расписанию.
И сегодня был мой первый рабочий день, единственное, что я умела, это кидать шкурки. И то, я их кидала когда то на двух ногах, а сейчас у меня была одна, поэтому надо было приноровиться, и ответственно выполнять свою часть работы. Потому что, во первых, если бы я попыталась скинуть часть своей работы на Светку, она бы быстро устала, а во вторых у меня все таки был испытательный срок, и я хотела, чтобы он прошёл удачно. А кроме всего прочего я должна была перенимать Светкин опыт и учится видеть все укусы, порезы и другие дырки на шкуре.
Уже к первому перекуру, я осознала, что дожить до вечера будет очень сложно. Мало того, что работа была тяжёлая, я же не предполагала, что будет ещё и больно. А боль, как любой из нас знает, лишает энергии и сил моментально. Поэтому я реально понимала, что есть риск обессиливания. А если я не выстою до вечера, то кирдык моей работе, а если выстою, то завтра будет легче. Поэтому на обед я не пошла, и Светке рассказала все как есть. Она была очень человеком, поэтому показала мне диванчик за трубой и дала бутерброд с колбасой. Я просто заглотила этот бутерброд, и вырубилась на этом диванчике.
Разбудила меня Светка через сорок пять минут, когда упала первая шкура после обеда. Я встала и почувствовала, как восстановились силы. И вот с этими новыми силами меня хватило ещё на полдня, со Светкиной помощью конечно. Я уже не прислушивалась к себе, все что могло заболеть, болело, но ведь я не сломалась, ещё немного и первый день будет позади. Ну а с первого дня начинается первая неделя, потом первый месяц, поэтому все у меня должно было получиться. Иногда я поскрипывала зубами от боли, но бросить все это и уйти мне не приходило в голову, не за тем я сюда пришла.
Все, упала последняя шкура. Мы это знали потому что к последней шкуре привязывался резиновый фартук. Так договорилась Светка с мужиком, который стоял в бойне на шкурах. Утром, когда он шёл на работу через наш цех, он этот фартук забирал, а вечером цеплял за последнюю шкуру. Каким победителем я себя чувствовала, вы не представляете! Под протезом, как я догадывалась , не было живого места, была сплошная ссадина, нога в сапоги скулила и плакала, но я все таки выстояла, а раны мы сейчас подлечим. Мы же не первый день в теме. Счастливая, я прямо бежала на автобус, и заснула ещё до того, как он тронулся.