Светка пришла на проходную с начальником цеха, не помню как его звали, но фамилия у него была Таланов. Этому невысокому щуплому дядьке было все равно, кого брать на работу, у него был недокомплект штата 50%. Поэтому он сразу дал согласие на моё трудоустройство. А вот начальник отдела кадров, по фамилии Телегина, сильно сомневалась в моей профпригодности, поэтому устроила мне допрос с пристрастием. На все интересующие её вопросы я ответила, и она определила мне испытательный срок-две недели.
У меня забрали трудовую и паспорт, а я пошла получать спецодежду. Спецодежда, это хлопчатобумажный плотный комбинезон, сапоги резиновые, фартук резиновый до пола, белая медицинская шапочка и огромные перчатки до локтя. Потом я заняла кабинку, и счастливая, пошла фотографироваться на пропуск, покупать замочек на эту самую кабинку и вшивать замок в левый сапог, потому что без замка его на протез невозможно было надеть. Через три часа я получила пропуск, закрыла кабинки с готовым сапогом, и пошла домой мечтать о трудовых победах.
Конечно мне было страшно, я не знала, смогу ли я это вытерпеть, но я старалась в это верить и изо всех сил настраивала себя на этот подвиг. От нервов меня колбасило, и я на психозе навела порядок в квартире. Пришла Ольга, я видела её в глазок, но я просто не открыла ей дверь. Сегодня я точно не была готова к возлияниям и общению с мужчинами, потому что мой завтрашний трудовой день начинался в 7.30, а служебный автобус забирал меня от дома в 6.50. Кроме того, работа была тяжёлая, поэтому я должна была выспаться. Ольга ушла.
Я выспалась, как и было задумано. А дальше все шло по плану. Вовремя села в автобус, вовремя оказалась в цехе, вовремя встала к сортировочному столу. Напротив меня стояла Светка. Она была очень невысокого роста, но какая то вся жилистая и крепкая. Вот с ней напару мне и предстояло очищать свою голову от вредных мыслей. Уже спустя неделю я поняла, как мне повезло с напарником. Работа рядом с ней превращалась в реальный квест, потому что Светкина голова была забита совсем не работой. Но об этом я узнаю позже. А в данный момент, я сильно надеялась на её поддержку и помощь.
Комбинат начинал работать по звонку, в 7.30. Это значило, что в 7.30 начинал работать конвейер в убойном цехе. То есть скот уже к 7.30 забили и коровьи туши вешали за ноги на такие двигающиеся крюки, резали горло, чтобы стекла кровь, отпиливали рога, разрезали тушу от горла до хвоста, вынимали внутренние органы. И пока все это делали , с туши, зацепленная цепями на начальном этапе, снималась шкура. В общем это зрелище вообще не для слабонервных. А ещё в бойне, которая находилась на четвёртом этаже стоял запах свежей крови. А работали там, за редким исключением, одни женщины.
Ну я это рассказала для того, чтобы рассказать, как в наш цех попадали шкуры. Вот её сняли, эту самую шкуру в бойне, и кидали в трубу, по которой она летела к нам на первый этаж, и падала на пол у наших ног. И первая шкура обычно прилетала к нам минут на двадцать позже, чем начинала работать бойня. Так же минут на двадцать позже, мы и заканчивали работать. Поэтому утром это были двадцать минут свободного времени, а вечером ты рисковала опоздать на последний автобус.
Шкурка падала у наших ног, мы её должны были поднять, раскидать на железном столе, рассмотреть все пороки этой шкуры, а к пороком относились укусы, порезы, причинённые раны и кожные болезни. По этим пороком определялся сорт шкуры, потом мы пепетаскивали её на стоящие рядом весы, завешивали, привязывать к ней деревянную бирку, на которой был написан сорт и вес, и скидывали с весов на телегу. Так телега заполнялась отсортированными шкурами, и её забирали засольщики, чтобы засолить эти шкуры. Вот так выглядела моя работка, которая должна была вывести меня из стресса и поменять эмоциональный фон в моей голове.