В 1950-х гг. стало ясно, что повышение характеристик броневых сплавов уже не дает необходимую защищенность танков, в первую очередь от кумулятивных боеприпасов.
Наиболее перспективным считались три направления: динамическая и активная защита, но наименее рискованным было направление по разработке комбинированной брони.
Такая броня должна была защитить от наиболее распространенных кумулятивных боеприпасов вероятного противника.
В середине 1950-х гг. возникла идея применить керамику как конструкционный материал для защиты от кумулятивных снарядов. Высокотвердые кумулятивные материалы по глубине внедрения кумулятивной струи близки к броневой стали, хотя их плотность существенно меньше.
В 1958 г. специалисты ФТИ и ВНИИ-100 рассмотрели возможные результаты от использования для противокумулятивной защиты танков. С этого момента началась разработка брони с керамическим наполнителем для танков. Исследования проводил ВНИИ-100, работами руководил В. С. Старовойтов.
Комбинированная броня создавалась впервые в советском и мировом танкостроении, поэтому не создатели не избежали ошибок в ее создании, с защитой корпуса и башни возникли проблемы, которые требовали серьезных усилий и времени для их решения.
Ситуацию усугубляла конкуренция в отрасли.
В апреле 1961 г. была предложена двухпреградная конструкция корпуса - 80 мм стали и 140 мм стеклотекстолита, она была развитием конструкции корпуса "изделия 432" 1960 г.
Верхняя лобовая деталь как и у "объекта 430" состояла из трех частей, центральной и боковых "скул". Но для комбинированной брони с противокумулятивным материалом оно не годилось.
В дальнейшем решили ставить три преграды: 80 мм лист стали, 105 мм стеклопластика и 20 мм тыльную плиту (тыльный подпор). Такая схема стала использоваться на Т-64, Т-72 и Т-80.
"Изделие 432" впервые в мировом танкостроении должно было получить комбинированную броню башни и корпуса танка.
Башня с наполнителем должна была быть легче цельностальной башни равной стойкости.
Рассматривались два варианта наполнителя: сталь с ультрафарфоровыми вставками с исходной базовой толщиной по горизонтали равной 420 мм с противокумулятивной защитой 450 мм. Литая башня из стали, алюминиевой противокумулятивной рубашки и наружной стальной бронировки и алюминия. Максимальная толщина стенок была равна 500 мм и эквивалентна противокумулятивной защите в 460 мм.
Серийные танки Т-64 получили башни с алюминиевым наполнителем, но из-за роста габарита башни на более чем 100 мм, возрос ее вес и уменьшилось рабочее пространство для башенного расчета. Кроме того башня в определенном диапазоне углов перекрывала проем люка механика-водителя.
На то время башня была хорошо защищена от 100-мм бронебойных тупоголовых (при определенных углах обстрела) и 85-мм и 100-мм кумулятивных снарядов противника. При этом обладала удовлетворительной живучестью.
НИИ Стали дали задачу уменьшить толщину башни в сравнению с башней "сталь-алюминий-сталь" на 200 мм (с 600 до 410 мм). В этом случае люк механика-водителя не блокировался башней на определенных углах.
В. В. Иерусалимский предложил ставить на башню высокотвердые вставки из стали, которые закаливались по методу дифференциальной изотермической закалки, в итоге получалась особо твердая сердцевина и более пластичная наружная поверхность. Стойкость получалась приличной, лучше чем у башен с залитыми керамическими шарами, такими башнями занимался ВНИИ Трансмаш.
Недостатком башни со стальными вставками была недостаточная живучесть сварного соединения между подпорным листом и основой башни, который при ударе бронебойного подкалиберного снаряда разрушался без пробития.
Было решено усилить сварные соединения и начать выпуск башен со стальными вставками. На изготовленной партии высокотвердых вставок не смогли обеспечить минимально необходимую ударную вязкость и при обстреле они давали повышенное хрупкое разрушение и пробитие.
Направление развития башен с керамическим наполнителем развивал ВНИИ-100 и предприятие-производитель Ждановский завод тяжелого машиностроения, который в 1966 г. отлил 50 башен с керамическим наполнителем за счет общей программы годового выпуска. В сентябре и ноябре 1967 г. три опытные башни были обстреляны и не были пробиты.
Сторонником "керамических" башен был А. А. Морозов, который отмечал, что такие башни имеют ресурс по дальнейшему уменьшению веса, лучшую технологичность, меньшую трудоемкость и более короткий производственный цикл по сравнению с башнями с высокотвердыми стальными вставками. К тому же керамические шары использующиеся как наполнитель не являются стратегическим сырьем.
Башню с керамическими шарами должен был получить Т-64А, который шел на смену Т-64. Также готовился выпуск этих танков в Нижнем Тагиле, Омске, Ленинграде и Челябинске.
Разработчики башни со стальными вставками из ВНИИ Стали нанесли ответный удар. Директор организации А. Т. Ларин написал письмо 18.01.68 в министерство, в нем оспаривались результаты обстрелом башен с керамическими вставками.
Ларин писал, что ни одна из обстрелянных башен не была доведена до необходимого веса, на башнях не был выдержан внутренний объем и радиус обметания. Они имели перевес в 200 кг., радиус обметания превышал заданный на 10 - 20 мм.
Живучесть даже таких башен была неудовлетворительной, 100-мм бронебойный снаряд попав в нижнюю часть одной из башен образовал сквозной разрыв по нижнему торцу длиной 370 мм со сдвигом металла по трещине на 30 - 40 мм, это попадание выводит башню из строя. Разрушений такого рода на башнях с алюминиевым наполнителем и вставками из высокопрочной стали не наблюдалось. На других башнях был разрывы и вырывы наружного слоя брони. Таких повреждений не было на башнях с алюминиевым наполнителем.
Ларин доказывал, что необходимую защиту обеспечат его башни, а для башен с керамическими шарами нужно провести испытания с положительными результатами. Поэтому решение о выпуске 55 "керамических" башен является преждевременным.
Оппонент Ларина Бутов утверждал, что башни показали высокие показатели по обстрелу и пробитие было только одно.
Тем не менее производителю приказали не предъявлять на государственные испытания "керамические" башни без внесения изменений в их конструкцию.
Для повышения конструктивной прочности и живучести "керамической" брони изменили минимальное расстояние от наружной и внутренней поверхностей башни до керамического наполнителя, также усилили тыльный слой 200 - 220 вместо 170. Было обеспечено рациональное размещение керамических шаров.
26 февраля 1968 г. директор ВНИИ Трансмаш Старовойтов написал письмо главному конструктору Морозову, где говорил, что вес, радиус обметания и высота башни находятся в размерах чертежа. Живучесть башен с керамическим наполнителем оказалась вполне удовлетворительной.
В Павлограде обстреливали подкалиберными снарядами с карбидо-вольфрамовым наконечником башню другой конструкции, к тому же под курсовыми углами больше 35 градусов.
Он заключал, что письмо Ларина не содержит в себе ни одного элемента правды.
Ларин невольно смог сорвать производство танков, было принято решение изготавливать, испытывать и принимать литые башни танка Т-64А по временным техническим условиям.
Башня с керамическим наполнителем была принята на вооружение в составе танка Т-64А, такие башни серийно выпускались для Т-64А и Т-64Б, их выпуск продолжался 15 лет - до 27 декабря 1987 г., когда из сборочного цеха вышел последний Т-64БВ.
Но поскольку башня для Т-64А с керамическими шарами требовала постройки новых производственных мощностей, сама технология была не отработана и поэтому на танках других разработчиков эта башня не прижилась.
Спасибо за прочтение.
Источник: Тарасенко А. Пробные шары советского танкостроения. Бронирование современных отечественных танков.