Оба в деревне блаженствуют, обормоты. Решили мы оставить Коржика на воле, там ему лучше, чем в тесной квартирке. Рыжик не одобряет, но терпит. Иногда цепляет лапкой, но не более того. Коржик в ответ страшно зыркает, крутит головой, водит глазищами, но в итоге проходит мимо. Так и живут два рыжих: встретятся, поглазеют, напружинят хвосты и разойдутся. Весной, когда я привезла Коржика в деревню к тётке, она меня чуть не съела. Дескать, перебор. Двое уже есть, с тремя будет морока. Рыжик капризный, привередливый, копается в еде, а этот постоянно голоден и шарит по мискам. И пропадает где-то, не иначе как у женщин. И вообще - чужой и незнакомый зверь, ах, дискомфорт! А через какое-то время - оп! - и любовь! И вот уже Коржик - приятный, спокойный, добрый котя, ест всё подряд, когти не выпускает, лишний раз сам на руки не лезет, спать не мешает, а ещё с ним можно поиграть какой-нибудь верёвочкой. К слову, Рыжик вообще не играет, а если хочет близости, то громоздится прямо на шею или на ли