Председатель, всё, хватит, ухожу, сил больше нет терпеть!
Егоровна, что опять случилось?
А ты не догадываешься?
Опять украли!
Ворюги, скоро всю ферму растащат, за бутылку.
Настя, воды стакан принеси,- Пока принесли воды, Егоровна продолжала размахивать руками и громко ругалась на всех и вся.
Попив воды, немного успокоилась и могла внятно объяснить, что случилось.
Прихожу на ферму, Зорька должна отелиться, а она уже
Так это хорошо!
Ага! Она уже, а телёночка то нет, сбежал.
Алексей Иванович задумался.
Настя, принеси график дежурства на месяц, водитель пусть зайдёт
Я тебе и без графика скажу, жулики дежурили- сторож Петька да бригадир Павел
Иван, привези этих товарищей ко мне, да захвати зоотехника, а ты Егоровна посиди в бухгалтерии.
Пока ехали до председателя, они уже всё поняли, ведьма опять нажаловалась, навряд ли пронесёт, она не отстанет, нужно выкручиваться.
Остановились у дома зоотехника, тут и вовсе струхнули, зря они вчера телёнка продали бабке Матрёне.
Председатель был зол, редко такое с ним бывает, но сегодня, предел терпению, давно уже эти прохвосты мозолили глаза всей деревне, вороватые, наглые, прибирали к рукам всё, что попадало в поле зрения.
Михалыч, выручи последний раз,- слово пожалуйста они не знали, напиши акт о падеже, телёнок у Егоровны сдох, а мы собакам отдали
Предъявите, копыта, внутренности
Так закопали мы
Так откопайте
Ты, что не человек? Ведьма нас с потрохами съест!
А, не воруйте, Матрёна прибегала сегодня, телёночек занемог, а я так удивился, откуда у неё телёнок, корова только отгуляла.
Может объясните мне безграмотному, как корова смогла отелиться?
Алексей Иванович только успел объявить своё решение: - Или возвращаете телёнка на ферму, или звоню в милицию, выгоняю к чёртовой матери с фермы!
У правления столпотворение, Егоровну вчера увезли в райцентр, сердце прихватило, Петька с Павлом глупо улыбаясь, поспешили уйти из толпы, но не тут то было.
Односельчане плотным кольцом обступили друзей, толпа возмущённо гудела.
Спас председатель.
Я из больницы, Василисе Егоровне лучше, полежит в больнице, отправим в санаторий
А с этими прохвостами что делать будем?
Пусть пока живут, а там посмотрим, всё расходитесь.
А тем временем в больнице боролись за жизнь Василисы Егоровны и борьба шла с переменным успехом.
Василиса, ты чего это надумала?- У кровати стоял её Степан,- тебе ещё рано к нам, мы тебя ждём позже,- улыбнулся и исчез.
Она не могла понять, было это во сне или наяву, решила приснилось.
Увидела она своего Степана сразу после окончания войны. Мужики начали возвращаться домой, пришёл и Степан. Уходил на фронт мальчишкой, а вернулся мужик, дважды раненый, с орденами и медалями.
В сорок втором, когда освободили деревню, восстановили колхоз, поставили Василису, которой и восемнадцати не было, председателем вместо отца.
Отца расстреляли, выдали свои же, хватало и таких, кто за свою шкуру дрожал. Егор Николаевич был оставлен для организации подполья, был комиссаром партизанского отряда.
Так и руководила колхозом. Но в сорок шестом году, начали мужики возмущаться.
Что это за дела, мужиков в деревне хватает, а нами баба руководит?
Собирай собрание, будем председателя выбирать.
Приехали начальники из района, собрались в клубе и началось.
Не отдадим Егоровну, -кричали бабы,- она на своём горбу тащила хозяйство, а Вы уже год сидите по хатам, за подол баб спрятались, самогонку жрёте.
Устали освободители, а кто Ваших детей сохранил, она и её отец, всех к партизанам переправили, когда в Германию хотели угнать
Работать Вас заставляет, хватит отдыхать, теперь мы пойдём отдыхать
Бабы завтра доить коровок не пойдём, мужики будут доить
Хохот стоял, стены дрожали.
Поднялась Василиса, притихли бабы.
Не надо шуметь бабы, я устала
Устала гоняться за ними, устала уговаривать, устала просить
Пусть выбирают кого хотят
Встала и пошла к выходу, а там облокотившись об косяк стоит Степан.
Другими глазами посмотрел на Василису, и так ему стыдно стало, взял за руку и привёл обратно на сцену клуба, где в замешательстве сидели представители из района.
Быстренько сообразила Василиса, повернулась к начальству.
Вот Вам и новый председатель
Бабоньки голосуем, мужик надёжный, не лодырь, как некоторые, холостой к тому же.
Посмотрела в глаза и пропал Степан, стоит и слова вымолвить не может, а бабы уже проголосовали, начальство обрадовалось, сели в бобик и укатили.
Пришёл на утро в правление, а Василиса уже там.
Спишь долго председатель, принимай дела, вон мотоцикл трофейный под окном стоит, ключи от сейфа, правда денег там нет, книги учёта
Счетовод введёт в курс дела, а пока поехали, покажу хозяйство
Василиса, зря ты это затеяла, какой я председатель
Справишься!
Целый день ездили по полям, колхоз не шибко большой, но Степан дотошный, пока не разберётся с одним, не отпустит. Ночь уже наступила, а Степан не хочет расставаться, то одно ему не понятно, то другое.
Не стал ходить вокруг да около.
Василиса выходи за меня, люба ты мне, как глянул в клубе, так и пропал, нет мне жизни без тебя, не согласишься, брошу всё и уеду куда глаза глядят.
Куда уедешь, ты теперь председатель!
Вышла она замуж за своего Степана и ни разу не пожалела, да недолго счастье длилось.
Через восемь годков умер Степан от ран полученных на фронте. Осталась Василиса одна с двумя сыновьями. Трудно было, а кому в то время легко было?
Занимала Василиса должность заведующей фермой, да какая там заведующая, так же, вместе с доярками доила коровушек, убирала навоз, кормила бурёнок.
Уважали женщины свою Егоровну, вот и теперь, после утренней дойки, а начиналась она в пять часов утра, шли в правление узнать новости о Егоровне.
Новости неутешительные, уже второй месяц пошёл, а Василису Егоровну не выписывают. Молодые доярки решили прибраться в доме, глянули и пошли к председателю.
Алексей Иванович, что же это делается
У Егоровны ремонт нужно сделать, там такое..
Выделяй стройматериал, а мы сами всё сделаем, после работы
Петьку с Павлом нам давай, все одно их в бригаду не берут мужики, скоро оголодают, да и бабы их воют, детей кормить нечем.
Всей деревней встречали Егоровну после больницы, как подъехали к дому, чуть опять в больницу не попала.
От радости тоже сердце останавливается!
Забор новенький, а в хате всё блестит, каждая хозяйка, друг перед дружкой, угощение принесли.
Люди добрые, поклонилась Егоровна в пояс, ничего больше не смогла произнести, сквозь слёзы смотрела на односельчан.
Разошлись, осталась Егоровна одна, сыновья в армии служат, военные.
Взяла портрет Степана:
Не хочешь ты меня забирать, ну да ладно, поживу ещё маленько. Сыновей надо женить, внуков дождаться.
А на пенсию, так и быть уйду, как и обещала тебе.
Помнят у нас в деревне Егоровну. Помнят, хотя и колхоза нет, деревня умирает, жителей не осталось.
Остались только те, кто помнит ту жизнь деревни, с каждым годом их становится всё меньше.
Когда гудела она от детских голосов, когда вечерами стадо возвращалось с пастбищ.
Когда гармонь играла до утра.
Прожила Василиса Егоровна достойную жизнь, внуков дождалась.
Вся деревня оплакивала свою Егоровну. Похоронили рядом с отцом и мужем.
Сыновья красивый памятник поставили и каждый год приезжают на светлый праздник Радоницу, так у нас называют День поминовения усопших.
День первого после Пасхи общецерковного поминовения усопших в народной традиции восточных славян.
В Русской православной церкви отмечается во вторник после Фомина воскресенья, на второй неделе после Пасхи.
Жизнь прожить не поле перейти.
Может кому-то и покажется, ну что такого выдающего в моей героине?
А ничего. Она просто жила.
Дарю Вам дорогие подписчики и читатели канала
Георгины, в каждом палисаднике нашей деревни цвели эти цветы.
Здоровья, улыбок. Счастливых выходных.