"Купчиха" 2 / начало
Евгения влетела в дом зарёванная, забежала в свою комнату, забралась на кровать и накрыла голову подушкой.
Пролежала так долго, пока к ужину не позвали.
Девушка как будто не услышала приглашения, так и продолжала лежать. А потом в комнату к ней постучался отец.
Пётр Николаевич обеспокоился отсутствием дочери. Увидев распухшее лицо, сжал кулаки.
— Лисонька моя рыжевласая, — запел он сладким голосом. Но голос дрожал, кулаки сжимались сильнее. — Кто обидел мою доченьку, свет моих очей и мою жизнь?
Евгения смотрела на отца отрешённо и молчала.
Отец присел рядом, провёл рукой по волосам, дочь уткнулась в его плечо и начала всхлипывать.
— Женился он папенька, позавчера.
— Кто? — отец убрал руку с головы дочери и уставился на неё.
— Ванююююша…
— Ой, дурёха, — прошептал Пётр Николаевич, — влюбилась в шута этого всё-таки. Угораздило тебя… Да что же ты в нём углядела-то? У Сапожникова сын и то поприятнее будет, лицо, как у ангела. А этот? Бревно неотёсанное…
Евгенька вздохнула глубоко.
— А я что-то давно его не видывал, кто же тебе напел новости такие, лисонька?
— В кузнице мальчишка, у отца-то его ничего не выведаешь, — дрожащим голосом ответила девушка.
— Разберёмся, жена не стена. И как это до меня не дошло-то такое событие, я не слыхивал про свадьбу. А женился-то на ком?
— Сказал мне мальчишка, что на дочери бабы Фани из соседней деревни.
После этих слов Евгения зарыдала ещё сильнее.
А отец вдруг расхохотался. Аж слёзы из глаз брызнули.
Евгения успокоилась, уставилась на отца.
— Это откуда ж у бабы Фани дочка-то появилась? Она померла давно, дочка-то… Да и старше меня она была годов на двадцать. Ой, рассмешила ты меня.
Евгения вспыхнула, сжала губы, вытерла слёзы.
— Не нужен он мне… Но и другим его не отдам, уж вы, папенька, позаботьтесь об этом. Хочу смотреть на него каждый день, но мужем моим он не будет. А за Сапожникова сына замуж выйти я согласна. Пусть знает, Ванечка, как смеяться над дочкой купеческой, пусть знает…
Пётр Николаевич встал с кровати, выпрямился.
— Ну то-то же… А то Сапожников того и гляди другую жинку сыну подыщет, а зачем нам другие, когда моя лисонька и его ангел венчаны будут вскорости.
Евгенька встряхнула головой, огненные волосы рассыпались по плечам, словно пламя занялось.
— Я бы и за Ванюшку замуж пошла… Но вам, папенька, ни к чему такому моему желанию следовать, кровь нашу купеческую портить. А если он будет на виду, я спокойной буду.
— Ну как я могу тебе отказать, лисонька моя? Будет по твоему, и слёзы больше не лей. Найду я шута твоего горохового, вырву из лап невест ненасытных…
После этих слов Пётр Николаевич вышел из дочкиной комнаты, потом вернулся и произнёс:
— А к ужину-то спустись… Кабанчик молоденький ждёт тебя. Специально для Евгении Петровны прислал лесничий, с запиской приложенной.
Евгения покачала головой.
— Нет аппетита у меня, папенька. Отправьте благодарность от меня, чтобы обид не было…
Когда отец закрыл дверь, Евгения присела на стул у зеркала.
Долго смотрела на себя, потом заплела две косы, завернула их вокруг затылка, намазала губы кусочком свёклы.
Улыбнулась во весь рот.
— Будешь ты, Ванечка, у меня на виду, никому тебя не отдам. Мой ты, слышишь? Мой навсегда, только я неприступная для тебя. Рыжая лисица, но с губ моих не напиться.
За то, что мальчишка из кузницы обманул купеческую дочку, его наказали.
Когда мальчишке всыпали уже довольно много плетей, Евграф Силантьевич запустил в палача кусок раскалённого металла. Тот не успел увернуться и со страшными воплями рухнул наземь. Мальчишка от страха вскочил и побежал куда глаза глядят.
В тот же день за нападение на человека при исполнении своих обязанностей, Евграфа Силантьевича заковали в кандалы и отправили на каторгу.
Иван обо всём этом узнал намного позже, когда вернулся в родную деревню.
Кинулся в кузницу, а там пусто. А люди сразу поведали о случившемся. Сидел Иван в кузнице на любимом пеньке отца и лил горькие слёзы. О том, что на днях к Евгеньке сваты прибудут, тоже узнал от людей. Оплакал отца и опять пошёл в дом Полянских.
— Отдай мне Евгеньку, Пётр Николаевич, ну не будет ей счастья с другими, — взмолился Иван.
Но Пётр Николаевич тотчас вызвал стражу, и парня выставили на улицу.
На дворе стоял 1914 год.
Продолжение тут
Все мои рассказы по главам в путеводителе тут