«Двенадцатичасовым рейсом прибывает Фэйри, вечером Блад с Доком,завтра подтянется Салман, Вопрос: куда податься?»

«Двенадцатичасовым рейсом прибывает Фэйри, вечером Блад с Доком, завтра подтянется Салман, Вопрос: куда податься?» За размышлениями я подкатил к скучному утреннему альгвасилу и поинтересовался, что стряслось. Чтобы из общего фона не выбиваться — все интересовались, и я тоже. Одинаковые вопросы успели достать блюстителя, так что он незатейливо послал меня по матушке. — Это управляющий супермаркета! — сообщила мне женщина в бордовой униформе Службы Вентиляции и пояснила: — В тележке. Его японцы зарезали. Тот не хотел платить, вот его и… того. Бывают такие всезнающие дамы. Дама желала делиться новостями, а значит, оптимальным выходом было срочное бегство. Вслед мне неслось: — А территория-то черных Папы Бафута! Теперь разбираться будут! «Слава Создателю, мне скоро улетать!» — искренне порадовался я, а тут и вопрос досуга сам собой решился, так как желудок возвестил о настоятельном желании пожрать. Еда и сон протекли успешно. Гостиница «Эстеглаль» была из дорогих, а обслуживание там — мое почтение! Утром, если 14:00 можно так назвать, начались мои личные проблемы, известные среди кадетов под наименованием «твои половые трудности». Прилетела Фэйри Вилсон. Молодая, здоровая, горячая девка, которая решила, что Андрей Румянцев просто обязан заменить ее покойного сокоечника Джо Мафию. Причина проста: в покойного он превратился на моем, товарищи, кинжале. Усугублялось положение тем, что я Фэйри не раз и не два отказал, невзирая на неоднократные намеки и прямой текст порнографического содержания. Тоже неоднократный. Если женщина, особенно красивая, дошла до того, что сама предложила отдаться, а вы увильнули… Тушите свет, мужики! Одно из двух: вас или возненавидят люто, или повторят боевой заход, хотя бы из спортивного интереса. Я попал во вторую категорию, что лестно — не каждый день за мной бегают девушки модельной (хоть и специфической) внешности, предлагая любовь. Но я так не могу! Отсюда происходили «мои половые трудности». Я проснулся в 12:40 — свежий, выспавшийся и с дикой, вынимающей сердце тоской. Свободное время, безделье, отсутствие привычной адреналиновой клизмы, и готово дело — перед мысленным взором в полный рост встала моя ненаглядная. Милая моя, моя звездочка. Рошни Тервани, лейтенант палубной авиации Великой Конкордии. Завтрак доставили в номер, я его уничтожил, хоть и не было аппетита, уж какое тут… Просто спать и жрать я привык при каждом удобном случае — иначе ведь можно и ноги протянуть с моим-то кислым статус-кво в смысле трудоустройства.