Лошадь несет непосильный груз

До инвестиций Springer соучредители Ози, казалось, не заботились о журналистике и не понимали ее. Они понятия не имели, насколько трудоемким является создание источников, составление отчетов, написание и редактирование. О последних новостях не могло быть и речи, они несовместимы с идеалом «нового и будущего». Расследования были слишком дорогими; горячие дубли и мемы слишком дешевы. Сценаристы были вынуждены выпускать три или четыре функции в неделю, а объем работы, по утверждению Уотсона, был незначительным; он отказался признать, по крайней мере для меня, что существует какой-либо компромисс между качеством и количеством. Ожидалась работа по выходным, а отпуск в первый год запрещался, за исключением недели на Рождество, когда не публиковалось никаких новых рассказов. Я работал изнурительно, и у меня не было жизни вне офиса. Но у меня, наверное, было лучше, чем у большинства. Помню, как один из моих коллег, ветеран-журналист, спросил меня, читал ли я «Преступление и наказание», и если да, то помню ли я старую лошадь, о которой мечтает Раскольников. Лошадь несет непосильный груз. Он пытается тянуть, но не может. Хозяин его взбивает. Толпа собирается, чтобы посмотреть, как лошадь пытается и терпит неудачу, насмехаясь над тем, как садист-хозяин сдирает с нее кожу до смерти. «Это тот самый?» - спросил я. «Это тот, - сказал он.

Учитывая ограничения и давление, в котором мы находились, стандарт, я думаю, был довольно хорошим, хотя я бы не стал копаться в архивах для проверки. Было несколько хороших моментов: Билл Клинтон критикует развертывание Obamacare; интервью с Симоной Байлз до того, как она стала нарицательным. Ветеран-репортер взял интервью у Говарда Шульца в штаб-квартире Starbucks. Видеоистории Ози были потрясающими, но их никогда не было достаточно, чтобы убедить Уотсона в том, что видеокоманда не симулирует. В лучшем случае Ози был умным, оригинальным. Мне удалось создать несколько историй, которые я с удовольствием вспоминаю. Я писал о занудных левшах - мерах неравенства, рабочих местах, цепочках поставок, методах активистов, уклонении от уплаты налогов - до тех пор, пока Уотсон не сказал, что я превращаю Ози в читателя Утне. Я написал зарисовки о встречах с такими людьми, как Рауль Пек, Рем Колхас и Стив Кинг, конгрессмен-расист из Айовы. Работа была хорошей, но не особо. Было бы это более значимым, если бы люди его прочитали? Невозможно узнать.