Как странно, одна брошенная в пространство фраза может навести на кучу интереснейшей информации, заставить вспомнить детство, полюбоваться передвижниками, послушать Шаляпина, вспомнить большевиков и ещё всего-всего разного и много.
Лет 11-12 мне было, когда мама купила мне прекрасно изданную книгу о передвижниках. Я листала её глянцевые страницы, читала о жизни художников и часами застывала над хорошо выполненными иллюстрациями картин. О художниках автор рассказывал трепетно, без нынешней бесконечной желтизны. Перед моими глазами появлялись гиганты русской живописи: Левитан, Поленов, Саврасов, Куинджи, Крамской…
Как-то, когда я разглядывала картину Левитана «Владимирка», ко мне подошла мама: «А ты знаешь, что это за дорога?»
Владимирка… Знаменитый, известный ещё с пятнадцатого века Владимирский тракт. Дорога каторжников, начинавшаяся от Рогожской заставы и шедшая до Владимирского централа, и дальше, через Нерчинск в Сибирь, а то и на Сахалин.
По ней вели ещё декабристов, вели пешком. И в стужу, и в жару, в дождь и пургу. И женщин, и мужчин, и злыдней конченных, и невинных. Закованные в кандалы, они шли по основной дороге, а по бокам, по таким же протоптанным лошадьми тропинкам ехал конвой.
По дорожке большой, что на север идет,
Что Владимиркой древле зовется,
Цвет России идет, кандалами звенит,
И «Дубинушка» громко поется.
В 1892 году, когда Левитан во время одной из своих обычных долгих пеших прогулок, наткнулся на Владимирку, она уже не использовалась как каторжный тракт. Была построена Транссибирская магистраль, по которой стали возить осуждённых в зелёных вагонах (Помните, у Блока: " Вагоны шли привычной линией, подрагивали и скрипели. Молчали жёлтые и синие, в зелёных плакали и пели"). Но мрачная слава этой дороги намертво врезалась в память.
Надо отдать должное циничному юмору большевиков. В 1919 году по предложению Луначарского эта дорога в Москве была переименована в Шоссе энтузиастов.
А что? В этом что-то есть…