К эпохе Великих географических открытий технологии судостроения, оснащения кораблей и наука об управлении оными по сравнению со Средневековьем значительно совершенствовались. Расстояния, на которые совершались походы и плавания, несравненно увеличились, а вот медицина, гигиена, санитария и мастерство заготовления продуктов длительного хранения не поспевали за заокеанскими амбициями морских держав.
Матросы страдали от условий содержания на корабле и от особенностей питания. Морской климат, брызги воды, волны, затопленный трюм приводили к тому, что босые ноги моряков почти всегда были в холоде, что вызывало простудные и кожные заболевания. Теснота (моряки спали бок к боку в гамаках, если не где попало, ведь каюты были только у высших офицеров), крысы и незнание элементарных норм сохранения чистоты способствовали быстрому распространению инфекций, антисанитарии.
Консервировать продукты тогда умели плохо, а ассортимент тех, которые умели хорошо – был невелик. Поэтому среди экипажа были распространены заболевания ЖКТ, цинга. С водой на борту было совсем туго – чистую, пресную воду использовали исключительно для питья и приготовления пищи: то есть продукты, которые следовало мыть перед употреблением, оставались грязными и усугубляли эпидемиологическую ситуацию. Пресную воду брали в источниках на берегу, хранили без кипячения в деревянных бочках, поэтому она через какое-то время портилась. Воду поэтому смешивали с алкоголем или бражкой перед употреблением. Впрочем, та же участь зачастую ожидала консервированные в бочках продукты – солонину, сушёную растительную пищу.
Мылись моряки и офицеры редко, морской водой, что отнюдь не способствовало чистоте. Возможности же по прихоти «помыть руки», если они запачкались во время служебных обязанностей, практически не было. Если только невахтенный матрос не мог достать ведро с водой из относительно спокойного моря. Исходящие нужды офицеры справляли в специальных штульце – боковых выступах на корме, похожих на современные балконы или лоджии (на больших кораблях там же и мылись, но этажом выше). Морякам полагалось отдавать продукты жизнедеятельности морю в гальюнах – специальных очках на баке, по обе стороны от форштевня. Матросы не любили эти места: ветер норовил сдуть за борт, холодные волны бились об обнажённую madamе se-Jeu, поэтому иногда справляли нужду в тёмных уголках на корабле, за что получали наказание.
«Госпиталь или больница на русских матросов и корабельных солдат зело нужна есть, и сия под надзиранием дохтора и аптекаря и 2 угодных лекарей…»
Всё эти трудности унаследовал при своём создании русский флот. Иностранные консультанты указывали на проблемы Петру, поэтому тот, по примеру иностранных морских держав, в 1705 году создал в петербургском Адмиралтействе особый лазарет для больных мореплавателей. Да, основная помощь заболевшим морякам оказывалась именно на берегу после прибытия в порт, в зимний сезон в лазаретах могла долёживаться до четверти личного состава флотов европейских держав. В 1715 году госпиталь был расширен и перенесён в отдельное здание на Выборгской стороне.
На самих кораблях немного более высокий уровень здоровья экипажа позволяли держать особенности русской кухни – способы консервации овощей и мяса, использование кваса и прочие мелочи. Для наблюдения за чистотой и санитарной ситуацией на корабле (в значении тех лет) в середине 18 века была введена должность Профорса.
Прогресс пришёл на корабли
Настоящая революция в борьбе за свежую еду, чистую воду и санузлы началась с 19 века: стали появляться консервы в нашем понимании этого слова – запаянные бутылки, металлические банки, цистерны и бочки для жидкостей. На кораблях стали гораздо больше значения уделять медперсоналу и организации медпунктов. Вопрос с очищением воды решали с помощью химустановок, дистилляторов и выпаривателей различных конструкций. Поначалу они были малоэффективны, но с середины 19 века процесс усовершенствовался - на кораблях стали массово появляться ходовые машины, приводящие в действие не только опреснители, но и насосы, закачивающие забортную воду для «технических» нужд.
К концу XIX века суда несли значительный запас чистой воды, которую использовали в привычных нам целях, имели свои водопроводы, душевые, кухни с раковинами, гальюны с унитазами. Забортная вода использовалась в технических нуждах, например, смыв в гальюнах или пожаротушения. Справлять нужду за борт стало как-то уже неприлично, а за чистотой и опрятностью моряков следили офицеры. Тогда же на кораблях для хранения скоропортящихся продуктов организуются хорошие ледники, которые в начале 20 века были заменены холодильниками, что позволило расширить ассортимент продуктов. Примерно тогда же быт на судне уже почти ничем не отличался от армейских будней на берегу. Пассажирские же корабли уподобились отелям, имея на борту лазареты, бани, прачечные, бассейны…
Современность
В XX веке и в наши дни следить за санитарией на кораблях не так сложно, как два века назад. К тому же сейчас суда оборудованы отличными кухнями, хранилищами продуктов и лекарств, медоборудованием. Технологии в сочетании с внимательностью и исполнительностью экипажа дают результат, поэтому высокая заболеваемость или смертность на судне – скорее исключение, последствие экстремальных обстоятельств. Немного иначе дела обстоят на подводных лодках, но это уже тема другого рассказа.