Из плеяды поэтов кто только не искал путей, как бы покрасивее и повеличественнее восславить женщину. У талантливых авторов это получалось хорошо, у не очень талантливых— просто. Но все стремились к совершенству в выражении чувств. Валерий Брюсов, например, пользовался просто патетикой: «И молимся от века на тебя!». Вряд ли большинство читателей согласится с этой строкой. Красиво, но не реально.
Николай Заболоцкий в своей «странной женщине» правдив, и, по-русски говоря, «жалеет» женщину, схожую с «птицею раненой».
Роберт Рождественский без внешних приторностей необычайно возвеличил женщину в своём «Ноктюрне»:
«Что бы ни случилось, ты пожалуйста живи.
Счастливо живи всегда».
Отношение женщин — поэтесс к женской участи ещё более опосредованное. Зинаида Гиппиус, например, в своих поражающих ухо степенного человека строках недоумевала, почему мир устроен совсем не идеально для человека и в частности для женщины.
Она даже шла на нетрадиционный эксперимент, чтобы как в зеркальном отражении увидеть себя в другой женщине. При этом описание качеств экспериментального объекта было явно нелицеприятным. Доходило до описания тактильных ощущений, где шершавые кожные покровы партнёрши сравнивались со змеиными. Не нахожу нужным приводить здесь строки из соображений милосердия.
И, откровенно говоря, для меня очевидно, что поэзия серебряного века реальной женщине, на плечах которой большая часть бытовых проблем, не помощница. Такие авторы, например, как Лохвицкая, Бальмонт далеки от настоящей жизни. Они путешествуют по лабиринтам ревности, придавая ей глобальное значение, смакуя проблему «любовной любви».
Я должна отдать дань глубокого уважения советским поэтессам, писавшим о женщине и о любви. Особенно тем, кто прошёл через настоящие страдания.
Юлия Друнина, фронтовик, написавшая знаменитое стихотворение «Зинка», где автор силой своего таланта воспевает жизнь, поправшую смерть женщины. В её строках нет места для сентиментальных излияний. Они о драгоценности жизни, о долге перед близкими, страной. Они животрепещущи.
Каждое слово Ольги Берггольц, ленинградской поэтессы, блокадницы, ушедшей из земной жизни в 1975 году, тоже не из облаков. Строки скажут сами за себя:
***
Знаю, что никто не защитит,
Ни от управхоза, ни от рока.
Я сама себе — и меч и щит,
Страж себе — без смены и без срока.
И вот стихотворение, достойное её, орденоносного поэта, сильной духом женщины:
***
И снова сердце гордо верит
В один ответ,
Что время бытию не мера,
Что смерти — нет.
Стихи нашей современницы, талантливого поэта и барда, Вероники Аркадьевны Долиной лишены напыщенности, пафоса. Они просты, с лукавинкой, не навязывают читателю и слушателю никакого вывода. Потому и подбирает она к ним мягко звучащую мелодию. Люди идут на концерты и охотно посещают так называемые квартирники. Её интересует тема жизни женщины вообще и жизни женщины в семье. Замечательные и тонкие наблюдения она облекает в необычную и утончённую поэтическую форму.
***
Барышне Мелюзине
Замуж нельзя идти!
Спать в бельевой корзине,
Коз да коров пасти…
*
Чего хочет женщина
Ежели забрезжило— слушай, голубок!
Чего хочет женщина—того хочет Бог.
Впроголодь да впроголодь— что за благодать?
Дай ты ей попробовать! Отчего не дать?
Много ль ей обещано? Иглы да клубок.
Чего хочет женщина— того хочет Бог.
Если замаячило, хочет— пусть берёт!
За неё заплачено много наперёд.
Видишь, как безжизненно тих её зрачок?
Кто ты есть без женщины— помни, дурачок,
Брось ты эти строгости, страшные слова.
Дай ты ей попробовать. Дай, пока жива!
*
Летающая трудно
О, женщина, летающая трудно!
Лицо твоё светло, жилище скудно,
На улице темно, но многолюдно,
Ты смотришься в оконное стекло.
О, женщина, глядящая тоскливо!
Мужчина нехорош, дитя сопливо…
Часы на кухне тикают сонливо—
Неужто твоё время истекло?
О, женщина, чьи крылья не жалели!
Они намокли и отяжелели…
Ты тащишь их с натугой еле-еле,
Ты сбросить хочешь их к его ногам…
Но погоди бросать ещё, чудачка, —
Окончится твоя земная спячка,
О погоди, кухарка, нянька, прачка, —
Ты полетишь к сладчайшим берегам!
Ты полетишь над домом и над дымом,
Ты полетишь над Прагой и над Римом,
И тот ещё окажется счастливым,
Кто издали приметит твой полёт…
Пусть в комнатке твоей сегодня душно,
Запомни— ты прекрасна, ты воздушна,
Ты только струям воздуха послушна—
Не бойся, всё с тобой произойдёт!
Я убеждена, что поэзия, если она настоящая, лечит душу женщины, на долю коей выпадает не маленькая ноша.
Каким же будет ваше мнение, уважаемые женщины?