Мы так часто говорим о чувствах, о важности их проживания, о честности с собой, но через раз на консультации встречается внутренний запрет на слёзы.
«Это слабость». Безапелляционно и однозначно. Слабым быть плохо и стыдно.
Для меня это звучит как «стыдно быть живым».
Ребёнок рождается с плачем, плачем сообщает о себе, своих потребностях, подзывает маму, даёт понять о том, что что-то не так. Он не знает что это стыдно, не знает, что это слабость. Потому что это единственный инструмент его выживания.
Падая, ушибаясь, ребёнок громко плачет от боли, избавляясь от неё, проживая её.
А потом он встречается со взрослыми, которые ему сообщают что он не в порядке, если проживает себя честно. Им трудно быть рядом с чувствами другого человека. И они говорят: «не плачь, ты же мужчина», или «ничего страшного», или «фу какая плакса».
А дальше, спустя много лет, он войдёт в кабинет психолога, и будет говорить о чём угодно, удерживая на лице приветливую полуулыбку, или иронизируя о своей душевной бо