Заглянула в магазин. Выбрала кое-что. Вдруг зазвонил телефон, отошла в сторонку, чтобы поговорить. Затем неловко повернулась, и рюкзачок, что за спиной, спихнул на пол дорогую стеклянную бутылку из винного отдела.
Полетели осколки и брызги. И тут же – двое охранников – как из-под земли. Потребовали, чтобы она расплатилась. И начали наступать.
Пятилась-пятилась, и оказалась припертой к полке с приправами. Отступать некуда. Охранники грозили какими-то жестокими карами. Чуть ли не смертной казнью. И довели до слез. Очень перепугалась.
И вдруг парень. Подошел, взял ее за руку и освободил, короче говоря. Она ничего покупать не стала – поскорее бы выбраться из этого ужаса.
Вышли на улицу. Свежий воздух никак не помог прогнать волнение. От пережитого унижения зуб на зуб не попадал. И слезы сами собой текли.
Парень снова ее за руку. Потянул куда-то. Заглянули в какую-то лавку. Он взял ей кофе на вынос. Затем сидели на скамейке.
Гулять отправились – спонтанно. Это получилось легко и просто. Ходили-ходили. Забрели на небольшой стадион.
Парень подошел к турнику и показал несколько гимнастических упражнений. Она радостно хлопала в ладони. И совершенно позабыла про сцену в магазине.
Затем отправились в центр города. Там художники рисуют портреты – за деньги. И парень посадил ее на корточки, достал большой блокнот и ручкой нарисовал дружеский шарж. Как будто она держит в руках мороженое и скачет куда-то верхом на собаке.
Она смеялась так громко, что люди оборачивались.
Затем, конечно же, пошли за мороженым.
Ходили по улицам, и он рассказывал ей о счастье. Но никак не получалось с определением. Понятным было только одно, что его, счастье, беречь полагается. Что в этом назначение мыслящего человека. Было шумно от проходящих машин, и они останавливались. Чтобы его слышать, она приближала ухо к его губам. И получалось тепло, как-то интимно – даже.
Еще объяснил, почему посуда бьется на счастье. Это он намекнул на сцену в магазине. А она молчала, потому что девушке неприлично так быстро соглашаться. Поэтому она улыбалась: приятно было слушать – про разбитую посуду.
Кружили по городу, кружили. И на одном из мостов она услышала, что в начале прошлого века с него девушка бросилась в воду. И погибла. Конечно же, из-за любви. Она хотела выйти замуж за любимого парня, но у нее была злая старуха, которая строила неслыханные козни. Кольцо дурных обстоятельство сомкнулось, и она, бедняжка, спрыгнула в бурлящий холодный поток.
Красивая легенда, немного грустная. Он спросил, что она думает по этому поводу? Ответила сразу, мгновенно, что ужасно, когда злые безумные старухи губят молодых девушек.
Незаметно подступал вечер. И они пошли в сторону ее дома. Чем ближе подходили, тем почему-то делалось грустнее. Иногда молчали, ничего не говорили. Когда грустно, то о чем разговаривать? Не о чем разговаривать.
И тогда она решила пошалить. С чего началось – тем нужно и закончить. Решили купить бутылку минеральной воды – стеклянную. И разбить ее о край мусорного контейнера. Как шампанское о борт нового корабля. Все это на счастье, конечно. Да и хватит уже грустить.
В киоске взяли бутылку. Отправились во двор ее дома. Подошли к контейнеру. Она схватила бутылку и брякнула по высокому железному ящику.
И вдруг голос. Старушка остановилась. И закричала: «Ты что, с ума спятила? Что это ты себе позволяешь»?
Как в легенде на мосту. Настоящая мистика. Парень плечи расправил. Защищать девушку бросился: «Пошла прочь, старая карга»!
Девушка неожиданно закричала, что видеть его не может. И не хочет видеть. Рванула – бежать. Он с трудом удержал за руку.
А старушка засмеялась. И сказала: «Да – ладно. Мне понравился его порыв. Я не обиделась».
Оказалось, что это ее родная бабушка. Она мусор выносила.
Они застыли от удивления. Стоят, глазами моргают. А бабушка поближе подошла. Посмотрела внимательно на того и на другого и изрекла: «Знаете, а вы ведь друг на друга похожи. Правда-правда». И пошла в дом.
А парень наклонился и тихонечко прошептал: «Знаешь, а я счастлив». Взглянула на него, словно ища черты сходства, о которых бабушка говорила, и ответила: «И я тоже».