Мы часто сетуем на запутанность (если не сказать хужей) российских законов. Мол, они там наверху сами-то хоть читают те законы, которые они принимают на наше тяжкое счастье? Впрочем, что вы хотите, если у нас в руководстве не могут даже о терминологии договориться – не то что законы писать?
Вот, к примеру, термин "законодательство". Я всякий раз, когда слышу это слово, вспоминаю профессора Преображенского и его отношение к слову "разруха". У меня к слову "законодательство" отношение такое же. Непонятно с какого перепугу, но в нашей стране под этим словом понимается корпус или свод готовых законов – а совсем не процесс их подготовки, как следует из логики этого слова.
А у нас все так горазды говорить – трудовое законодательство (имея в виду законы о труде), семейное законодательство (вместо законов о семье), выборное законодательство (в России такое есть?), пенсионное законодательство опять же.
Просто надо понимать, что законодательство – это, дословно, "давать закон", выдача законов. Подготовка и выдача. А вот то, что в результате этого законодательства было выдано под-гора, это уже не законодательство – это просто законы. Отдельные или в своде.
И, кстати, знаете, почему у нас такая неразбериха? Это очень просто – давайте рассмотрим аналоги. В русском языке есть пара "законодатель – законодательство", а вот пара "работодатель – работодательство" у нас в принципе отсутствует. Вопрос – почему?
А потому что работодатель предполагает хотя бы какую-то полезную деятельность. А также - ответственность и подотчетность. Поэтому у работодателя производная получается только одна – работа. А не работодательство.
Теперь рассмотрим, как это работает в паре "законодатель – законодательство". А никак не работает. Там какая-то полезная деятельность есть? – Я не нашел. Ответственность и отчетность тоже отсутствуют. Примеров тому сколько угодно. Достаточно вспомнить хотя бы запрет вытрезвителей и их последующее возвращение. Разве кто-то из законодателей понес ответственность за этот абсолютно вредительский запрет, хотя им еще и до запрета говорили, что никакого толка от такого запрета не будет? Нет, не понес. Вот вам и пожалуйста.
Поэтому производная у законодателей замыкается на их же самих – получается не закон, а законодательство. Причем производная эта, в чисто бухгалтерском смысле, нулевая (сначала запретили, потом вернули). А то и минусовая (запретили, вернули, ущерб не компенсировали).
Опять же, возвращаясь к работодателю. В русском языке есть еще и слово "работополучатель". А слово "законополучатель" у нас есть? Нету такого слова. Ибо работополучатель – это тот, кто хочет получить работу. А законополучатель тогда кто? Тот, кто хочет получить закон от законодателя?
Кто это такой? Покажите мне его. Ткните пальцем. Я? Так я уже давно вздрагиваю от любой "законодательной" инициативы от наших верхов – от них ничего хорошего кроме плохого ждать не приходится. Или, может быть, это сами законодатели? Но тогда законы свои они для кого пишут? Неужели они сами соберутся их исполнять, не возлагая на нас столь почетную обязанность?
Причем тут еще интересная специфика вырисовывается. Вы наверняка часто слышали у нас выражение "законодательно запретить". Выражение это само по себе шизофренично, ибо как можно одновременно дать и запретить? Логичнее было бы "законодательно разрешить" - понятия "дать" и "разрешить" согласуются друг с другом гораздо лучше. Но как раз это выражение в русском языке встречается значительно реже. Вот такое вот у нас законодательство.