Знала, что нельзя позволять жажде заполнять себя до краёв, но все эти люди вокруг… они меня успокаивали. Постоянные вспышки света помогали скрыть собственную небрежность — да, я слегка увлеклась — но это правда работало. Уже через пятнадцать минут лица слились в одну бледную и скучную маску — так просто считать кого-то едой, если постараться. Легче лёгкого. Через полчаса я ощущала себя сытым котом, который уже не может смотреть на мышей, нагло лазающих по спине и прыгающих через хвост.
начало рассказа: "С ней что-то не так"... (назад)
Антон давно сидел у бара и присматривал за мной, и я не видела в нём ни капли осуждения, чистое любопытство.
— Ну, как, полегчало? Иногда стоит разрешать себе просто немного поразвлечься, — он задорно рассмеялся, но тут было что-то ещё. Напряжение и… ожидание?
— Да уж. Кажется, я немного объелась, — конечно, это не так, жажду полностью утолить невозможно — и мы оба это знаем.
— Ты слишком заморачиваешься из-за Жоры.
— Ага.
Всё это время телефон упорно вибрировал в кармане, а я уже достаточно остыла, чтобы пролистать список вызовов. Два от Артёма, девятнадцать от Жоры. Прикольно.
— Волнуется? — Антон якобы изучал ряды бутылок за стойкой.
— Вроде того. Скажи, а вас сильно беспокоит, что Жора получил неуязвимость? То есть для вас это серьёзная проблема?
Антон прищурился и сжал, а потом вдруг расслабил кулак.
— Да не особенно.
— И вы бы не стали разбираться со мной, чтобы ослабить его?
Он вскинул на меня свой взгляд и потёр переносицу.
— Думаю, что ты сейчас самая защищённая личность в городе.
— Почему?
— Потому что если тебя… обидеть, то он успеет разобраться. Раньше такие случаи бывали. Не с ним и не здесь, но связываться с тобой точно никто не будет.
— А! — только и сказала. Здорово. Если он не врёт, конечно.
— И я бы тебя по-любому не обидел. Мне глубоко плевать на проблемы Жоры, зато я ценю хорошую компанию, а ты мне определённо нравишься. Я часто тут зависаю, так что заходи почаще, лады?
Тишинский бросил на меня парочку неприязненных взглядов, а потом резко исчез.
— Почему бы и нет. Кстати, а куда свалил твой новый друг?
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Куда ещё он мог направиться? И почему они позволяют ему свободно шляться по городу?
— Я за ним не слежу, но он говорил, что хочет разузнать о своей человеческой жизни.
— Зачем? — неприятный холодок пробежал по спине, но я как могла отгоняла призраков. Страшноватых призраков, выловленных когда-то в мутной голове Тишинского — ещё человеческой голове. Почему-то казалось, чем ближе он к своей прошлой жизни, тем хуже.
— Понятия не имею. Он немного странный, да? Сказал, что у него есть вопросы, в которых хотел разобраться. А почему тебя это волнует? Из-за того, что вы были знакомы ещё людьми? Я просто не совсем врубаюсь…
— Так он не сказал, куда конкретно пойдёт? — почему-то всё тело заныло, а грудную клетку как обручем сжало.
— Не-а. А что такое? — Антон начал хмуриться, но я уже убежала.
В квартире родителей тихо и спокойно — я тихонько открыла дверь своим ключом. Уже целую минуту я твёрдо знала, что все живы-здоровы, но проскользнула внутрь и внимательно прислушалась ко снам. Заглядывать в их комнаты необходимости тоже не было, но я всё равно приоткрыла двери и проверила.
Мать металась во сне, а Эдик неосознанно поглаживал ей спину, чтобы успокоить. Сонька спала — свернулась в клубок и нервно сжала зубы. Сны плохие, зато здесь никого нет. Сейчас нет.
Я могла подкараулить здесь, но что буду делать, если он появится? Если в его безумных мозгах щёлкнет идея закончить начатое?
Нет, он же не может узнать о нас. О Соньке и обо мне. Хм, не очень-то убедительно, если честно.
Вообще-то — может. Обрывки информации постепенно приведут его прямиком сюда, так что я сидела, подперев стену в комнате сестрёнки, и старалась не обращать внимания на звуки просыпающегося дома. И всё же отчаянно прислушивалась.