будет оценивать, чтобы вывести из них, во-первых, наличие или отсутствие воли занятия территории и, во-вторых, осуществление над ней эффективного контроля. Эти два последних юридических подфакта и образуют эффективное владение. При этом оба требуют в свою очередь выведения из косвенных фактов, поскольку ни один (воля – это психологический факт), ни второй (контроль – это абстракция) не могут быть познаны непосредственно. Их квалификация требует обращения к первичным косвенным фактам. Поэтому и сама квалификация конкретных обстоятельств дела по отношению к юридическому факту «эффективное владение» будет производиться больше с точки зрения факта, а не права. Суждения об эффективном владении территорией являются типичными суждениями о фактах, где их толкование предопределяет исход дела. При этом решение о вхождении тех или иных фактов в малую посылку судебного силлогизма при наложении применимого права на обстоятельства конкретного дела принимается в каждом случае индивидуально. Основу работы судьи по квалификации составляет здесь отбор, толкование и взвешивание фактов для определения тех из них, которые войдут в содержание юридического факта «владение». И хотя в этом случае право никуда не исчезает из судебной деятельности, оно само уступает главное место в рассуждениях судьи факту и его проявлениям. Конечно, право предваряет факт, заранее предписывая возможность учета самых разных обстоятельств, но главным содержанием полномочий судьи при разрешении спора будет оценка фактов. До настоящего момента речь шла только об описательных фактах, будь то нематериальные (психологические) факты или же факты субъективные, как в случае с эффективным владением. Поэтому нисколько не удивительно, что оценочные юридические факты, которые даже не пытаются отразить реальность, предоставляют судье еще большую свободу усмотрения.