кивнула хозяйка кабинета на лысого со стонущей куколкой

Как ты думаешь, что это? – кивнула хозяйка кабинета на лысого со стонущей куколкой. Положение на экране изменилось: куколка слезла на пол, а лысенький активно тарабанил ее, пристроившись сзади. Глаза его закатывались от перманентного счастья – он был близок к развязке. – Любительская съемка, – пожала плечами Катарина. – Судя по тому, что на ней неизвестные мне люди, а обстановка вокруг напоминает офис, ты опустилась до того, чтобы подглядывать за обывателями. Он, скорее всего, мелкий начальник, она – секретарша. Я всегда говорила, Мишель, это не доведет до добра! Может ты договоришься с Диего и он разрешит тебе снимать мальчиков в свое отсутствие? Мишель нервно закрутила в руках крутую зажигалку, гоняя ее между пальцами, но волну злости подавила. – Это директор школы имени генерала Хуареса. Бывший директор. Действительно, с секретаршей. Теперь уже тоже бывшей. Съемка сделана за сутки до происшествия, которое журналисты окрестили «школьным делом». Катарина подобралась и превратилась в слух. Надо же, эта сучка ее удивила! – Съемку вело ведомство Алисы. В пассивном режиме. То есть, грубо говоря, никак не вело. Потому, что иначе бы «школьного дела» не возникло. Там очень отчетливо в одном моменте видно, как этот человек уничтожает улики, заминая следы преступления тех, от кого получает деньги, подставляя Хуанито. А с другой камеры, если покопаться, можно увидеть, как деньги дает он сам. Офицеру департамента. Золотом. Интересное кино? Катарина кивнула, более подробно вглядываясь в происходящее действо. Мужик задрал голову к потолку и тихо-тихо завыл, закатывая глаза. Все, апофеоз. Но девчонку при этом он до пика не довел. Слабак! – Я копалась в деле Шимановского и случайно обнаружила ссылку на камеры. Меня заинтересовал этот момент: почему ДБ решило устанавливать камеры в школах? И почему к этому делу не подключена Бестия, если все-таки установили? Этим шагом ведь можно было решить множество проблем, не раздувая конфликт до планетарного масштаба, как сейчас. Выяснилось, что камеры стоят только в одном проблемном заведении, и Аделия тут не при чем. Молчание. – Камеры были установлены через два дня после поступления Хуанито. Какие из этого выводы? – Он представляет ценность? – задумалась Катарина, пытаясь анализировать ситуацию с нуля, отбросив впечатления, полученные от собственного расследования. – Чем? – Не знаю. – Мишель пожала плечами, после чего сделала большойбольшой затяг. – Алиса тоже не знает. Ей приказала следить за мальчишкой Лея, когда тот только родился. Не разъясняя, для чего и зачем. Она и следила. Камеры поставили на всякий случай – чтобы быть в курсе, что там творится. Показаний трех завербованных служащих школы посчитали недостаточными. Если бы не многолетние тренировки, Катарина бы, как девочка, застыла с раскрытым ртом. Вот тебе и приплыли! – Но у нее же есть свои выводы? У Алисы? Для чего он нужен? Чтобы она, да ничего не раскопала?.. Мишель стряхнула пепел с бычка. – Раскопала, естественно. Но не достаточно для того, чтобы делать выводы. Пауза, глубокий затяг. – Это началось давно, более двадцати лет назад. Лея загорелась вдруг каким-то важным генетическим экспериментом. Ты помнишь, что творилось тогда, в это время? Катарина помнила. Хаос от смены правителя, смены команды. Депрессия Леи. Безвластие. Ничего хорошего! – Вместо того, чтобы брать управление страной в свои руки, защищаться от знати и вникать в международную политику, наша Принцесска кинулась воплощать в жизнь какую-то улетную идею, ни с кем не посоветовавшись, не сказав, в чем она заключается, скинув на других важные государственные дела. Затем вроде как пришла в себя, начала вникать в управление, но идею не бросила. Потратила она на нее в итоге около пяти лет и миллионы империалов, взорвала хорошо укрепленный военный бункер, уничтожила пару десятков исполнителей проекта… В то время, когда страна стояла на пороге краха! – Верх безответственности, – потянула Катарина и сглотнула ком, понимая, что происходящий здесь разговор в любом случае будет иметь большие последствия. – Этот эксперимент назвали лаконично, «Проект 021». И Хуанито – его результат.