Сообщи всем о сбитом – пусть ищут место падения и летчиков. А я пойду досыпать…

Офицер вновь закрутил телефон и забубнил в него. – «Волкодавы», вам разворот на 120 градусов. Цель в квадрате 27–40, высота свыше семи тысяч. Атака по готовности. Тарелка репродуктора зашипела и откликнулась, что все, мол, ясно и понятно. – Дежурного войск по охране тыла насчет парашютистов предупредил? – Так нет же еще парашютистов, товарищ капитан? – Сейчас будут… Так оно и произошло. Тарелка снова зашипела и молвила человечьим голосом: «Вижу его! Щас подойду!» – Передайте, чтобы особо не приближались! А то нарвутся еще на очередь! На этих разведчиках очень опытные экипажи летают. Настоящие мастера. – «Волкодавы», стрелять с шестисот метров, ближе не подходить! – Вас понял… – и тут же – «Бум, бум», потом пауза и голос: «Горит… все – начал икру метать! Полезли, головастики!» – Ну вот! А ты говорил – «Нет парашютистов!» А-а-ап! – я подавил сладкий зевок. – Сажай героев, может, успеют еще вздремнуть. Сообщи всем о сбитом – пусть ищут место падения и летчиков. А я пойду досыпать… Вот так, спокойно и буднично, наша группа и открыла свой боевой счет. Правильно говорит пословица – кто рано встает, тому пункт наведения подает! * * * А еще через пару дней два наших звена провели успешный бой с немецкой группой расчистки воздуха. Мы как раз отрабатывали срочный вылет на прикрытие реального района сосредоточения нашего танкового корпуса, когда получили информацию с пункта наведения о группе немецких истребителей, зашедших в район нашей ответственности. – Ну что, пилоты? Начнем, пожалуй… Кир, веди своих на солнце. Второе звено – за мной! Передав на землю, что истребителями мы займемся, но опасаемся, как бы сюда скоро не пришли бомбардировщики, мы получили заверения, что их будет кому встретить. Главное – не дать «мессерам» свободно летать в нашем районе. Ну, эта задача нам по плечу! – Всем внимание! Усилить поиск! – я примерно сообразил, с какого направления подойдут фашисты, и мы постарались занять самую удобную позицию для атаки. Вот и немцы. Двенадцать? Нет, шестнадцать «мессеров»! Ничего – глаза боятся, «Яки» делают! – Кир, будь готов. Сейчас мы их на встречных зацепим, они сразу вверх полезут, свою вертикаль демонстрировать! Дави их там… – Понял… Готов. – Всем – атака! Выход боевым разворотом на солнце! Пошли! Шесть наших серо-голубых истребителей с красными коками винтов вытянулись в левом пеленге навстречу немецкому строю. Скорость нарастала. Если даже и не попадем на встречных, то напугаем до смерти! Брызнут – как козлы от серого волка. На высоту пойдут, а там их наши и приголубят. Первое звено немцев, не приняв схождения на встречных курсах, попыталось уйти вверх. Мы легко могли их взять, но подставились бы под огонь идущих за ними пар. – Этих пропустить! Бьем следующих! Всё – эти уже не успеют отвернуть. Огонь! Басовито рокотнули 23-мм пушки моего истребителя. Есть! Навстречу, разваливаясь в воздухе, по нисходящей дуге пролетел «мессер». За ним – второй дымящий фашист. Еще одна пара вильнула грязно-серыми брюхами и ушла вниз, под нас. Черт с ними, они пока не опасны. – На боевой! Шестерка истребителей слаженно метнулась вверх. Почти полтора километра высоты за боевой разворот! Оцени, фриц! Не ценишь, а зря. Я у тебя уже на хвосте. «Месс» отчаянно завилял, задымил на форсаже, пытаясь выскочить из кольца прицела. – Вася, прикрой, атакую… Ну, и-и-ди… иди сюда, – бормотал я, пытаясь поймать «месс» в прицел, угадать его следующее движение. Все! Ты проиграл! Р-р-ры-ы-р-р! Очередь снарядов на восемь, дистанция метров семьдесят. Кучно ударившие с такого расстояния снаряды разломили фюзеляж фашистского истребителя пополам, вспыхнул бензобак за сиденьем пилота. Как он сейчас, наверное, орет. Если еще жив… – «Семерка» – бей, не отпускай его! – Это Извольский. Надо ему потом подсказать, чтобы особо не кричал… Не красит это командира в бою. – Дед, вправо! – Это Вася. Я мгновенно крутнулся. Мимо меня прошли пушечные трассы, а за ними пролетел серо-желтый «месс». Я увидел злое лицо немецкого летчика, проводившего мой «Як» взглядом. Это ты зря мне глазки строишь, фриц… или ганс… А-а-а, это уже без разницы! «Мессершмитт» догнала очередь Василия. Вот и пятый сбитый будет у ведомого. Молодец – клепает счет, не отходя от кассы! Точнее – от ведущего. А ведь всё – бой-то и закончился… Немцы вертанулись через крыло и любимым приемом – в пике и драпать – вышли из боя. – Кир, доклад! – Двое сбитых, наши целы! – Понял, смотреть за воздухом, держи высоту. Мы сейчас будем. Пойдем, нашим поможем бомберов встретит