На какой-то краткий миг я ещё сомневалась. Мучительно глядела на озадаченные молодые лица, чуть искажённые пока непонятным им голодом, и ни с того ни с сего отвлеклась на плавное кружение пылинок в неприятном искусственном свете. На мать смотреть избегала, хотя чувствовала её дыхание всем телом.
начало рассказа: "С ней что-то не так"... (назад)
Холодная, бесконечная волна заполнила меня сверху донизу, поглощая внутренности, и я пригнулась, выбирая первую жертву. Щуплая рыжая дылда согнула колени, но она слишком медлила и я просто сделала то, что нужно. Схватила её за кисти и резко развела в сторону. Моё тело сжималось, как пружина, и металось между ними, ломая и разрушая, а я отрешённо наблюдала. Ничего не чувствуя, кроме пустоты внутри.
Краем сознания отметила восторженное выражение Тишинского. Желание стереть его вдруг стало непреодолимым — я прыгнула ему на грудь и уцепилась обеими руками за шею. Он оторопел и попытался меня стряхнуть меня, но я не такая слабая, как раньше. Мы кубарем покатились, что-то трещало, но я не могла разобрать источник жуткого звука.
Всё прекратилось так же внезапно, как началось — Тишинский странно и так неправильно раскинулся на полу. Он похож на разбитую фарфоровую статуэтку, а я еле-еле поднялась на ноги и, пошатываясь, шагнула к стене, чтобы не упасть.
Дверь хлопнула — на пороге Жора. Он быстро оглядел комнату и со вздохом протянул руки, чтобы обнять. Я замотала головой, прошептала:
— Где они? Ты их бросил? — слова пришлось выталкивать, как в тягучий кисель.
— Нет, конечно, — он злился, но почему-то мне это безразлично, — они внизу, в моей машине. Ты же всерьёз не верила, что я за тобой не поеду … Я не мог тебя бросить.
История с чёртовой удачей и домовыми: "Алиса и её Тень"
Жора с надеждой и радостью шарил по моему лицу, и постепенно все до единой искры пропали из его пылающих глаз. Он снова поднял свою раскрытую ладонь, как тогда в машине, и веером сложил пальцы один за другим, и я поняла — потерял неуязвимость.
Он раздавлен. Он больше не мой профессор, а мне плевать, на всё плевать.
Женщина на полу глухо застонала, а я не могла сообразить, что вообще натворила здесь? Перед глазами пелена тумана, и я тихо попросила профессора, стараясь не поднимать взгляд:
— Отвезёшь их домой? Я устала. Очень устала.
— Милая, это долго не продлится… Так всегда бывает, когда… Это пройдёт, просто ты стала сильнее. Приходи ко мне, когда захочешь. Я буду ждать.
Но мы оба знаем, что этого не случится. Я не приду. Не в том смысле, какой он подразумевал.
Жора занялся полусонной женщиной, а я неторопливо спустилась по лестнице, пробралась сквозь толпу людей и села за стойку. Бармен, очень симпатичный парень с татуировкой на шее, приветливо кивнул мне и наклонился поближе, чтобы перекричать грохочущую музыку:
— Сегодня одна? Не в настроении? Рад снова тебя видеть, красавица.
— Мы что, знакомы?
— Ну, я тебя не забыл.
Он ласково улыбнулся, но образы нашей прошлой встречи — из его головы — чуть не сбили с ног.
Вот я сижу в том конце стойки вместе с Антоном — мы оживлённо жестикулируем и перебиваем друг друга, словно задумали нечто из ряда вон. Я скидываю с плеча рюкзак и достаю тетрадь, вырываю листок и пишу, часто показывая результат Антону. Он с важным видом проверяет мою писанину, одобрительно постукивает пальцами по столешнице, а я аж высунула язык от старания.
Голос Антона вырвал из чужих воспоминаний:
— Ты пришла ко мне просить о превращении, — он сел рядом, — потому что твой парень —слабак. Не захотел уступать уговорам, хотя ты была весьма настойчива, знаешь ли.
— И ты помог?
— Почему бы и нет? У нас не хватало одного, а ты забавная. Конечно, почти сразу согласился и сделал это. Кроме того, я знал, что Жорик взбесится, что добавляло жару. Ничуть не жалею, кстати. Видел его только что, расстроен, бедняжка. Убежал, как ошпаренный. Отшила?
— Вроде того. А Тишинский? Почему он там был? Когда я превратилась.
— Это даже смешно — нам был нужен кто-то, чтобы ты потренировалась… Питаться. Ты сама его выбрала, крошка. А он чуток перегнул палку… Дал ему порезвиться, раз уж так сложилось, а потом превратил тебя. Типа компенсации за риск, что ты открутишь ему башку. Надеюсь, не в обиде? Ты же исцелилась и всё такое. Без обид, да? Он расспрашивал о тебе, когда был тут. Похоже, ты его вдохновила даже в вампирском виде.