— Не ну… — Лень попытался почесать нос правой рукой, но чуть не ткнул себе пальцем в глаз и почесался левой. — Ерунда, конечно…
— Во-о-от, — поддержал его Антон.
Лень выдохнул и неловко открыл левой ладонью коньячный ящик. Надо было нервы успокаивать.
— Ты прав, Антон, — твердо сказал он и подцепил полупустую бутылку. — Чот я себя накрутил. Рудник запустим, а до задницы моей он не доберется никогда и ни за что!
При этих словах бутылка вдруг потяжелела, стала подвижной, как ртуть, и в следующую секунду обрушилась к его ногам снопом коньячных и стеклянных брызг.
Лень побледнел и поднял глаза на Антона.
— Или доберётся?
***
— Что это? Два мужика? А почему они голые? — Федор не только вытянул шею, но и до кучи постарался ее вывернуть так, чтобы рассмотреть лежащую перед ним карту. Даже со стула привстал.
— Му-у-ущина, сядьте! — не выдержала обмотанная в черный балахон и сильно заспанная женщина-гадалка. На часах было два ночи, и фиг бы она сейчас села делать расклад, если бы не пятьсот евро, которые ей сунули в нос прямо с порога, после того как заполошная трель звонка смела ее с кровати. Она первым делом подхватила с пола жирную кошку по кличке Жрица, которую из-за привычки жрать по восемь раз в день и для краткости пришлось сократить в Жирю, потом метнулась к комоду за документами, наконец к сливному бачку за плотно завернутой в три полиэтиленовые пакета пачкой наличных, и все это время звонок звенел в ушах, мозгах и печенках.
— Горим?! — распахнула она нараспашку дверь, прижимая к себе Жирю, и замолчала, озадаченно оглядывая странного визитера. Тот был бледен, явно встревожен и шибко нетрезв, что подтверждало амбре, в котором Яна профессионально учуяла отменнейший коньяк. Мраморно-белый лоб мужика рассекала надвое багровая ссадина, в придачу правой рукой он показывал «фак», правда загипсованный, но от этого не менее обидный. Лицо ночного посетителя было смутно знакомым, но где именно его видела, она припомнить не могла.
— Ядвига Солнечная? — уточнил ночной гость и, не дождавшись ответа, прошел в квартиру, очевидно, не привычный был к отказам. Ядвига, которую попроще называли Яной, а совсем уж проще Ирой, аккуратно выглянула на лестничную клетку и, заприметив двух хмуро-сонных и квадратно-угрюмых «людей в черном» пролетом ниже, вздохнула и направилась за мужиком вслед. Политики и бизнесмены были у нее самыми частыми клиентами. Настолько частыми, что по сути она, да еще ее первый конкурент Стелла Ночная, и определяли политический курс города Нижнепыжменска. Жиря недовольно попыталась полоснуть ее по голой лодыжке лапой, но промахнулась и равнодушно разлеглась поперек коридора. И вот спустя десять минут Ядвига прокляла все на свете, потому что клиент был ну очень нервный.
— Это не два мужика, это мужчина и женщина, да в принципе и неважно. Это старший аркан…
— Да какая ж это женщина, у нее и груди-то нет! — уличил ее мужик, тыкая мимо карты гипсом.
— Ну так у нее и члена нет, — огрызнулась Ядвига. — Чего вы придираетесь? Эти карты больше ста лет назад нарисовали!
— А вот это кто? Наверху такой солидный, — не переставал приставать загипсованный посетитель, тыкая теперь в нечто духовно-важное, расположенное все на той же карте. — Уж больно на губера похож…
— Вы мне дадите сказать или нет? — вскипела Ядвига. Мужик тяжело вздохнул и послушно уселся на стул. И убедившись, что он слушает, она пустилась в объяснения: — Это старший аркан карт Таро — «Влюбленные».
— Я так и знал, что про секс! — прошептал посеревшими губами мужик. — И два голых мужика там неспроста. Да и губернатор опять же…
— Нет, ну почему же про секс? — отыграла назад Ядвига. — Тут и успех, и здоровье, и стабильность…
— А секс? — тревожно глянул на нее красными от бессонницы глазами смутно знакомый мужик.
— Ну и секс… — вынуждена была признать Ядвига. — Но все зависит от того, какой вопрос вы задавали картам. Вот вы что спрашивали?
— Я спрашивал, будет ли секс… — поник головой мужик. Элегантная седина на его висках красиво оттеняла породистое, но слегка вялое лицо.