“Что сделал мистер Пурифой после того, как он определил, что ничего не было украдено?”
“Он отпустил этого человека. Что еще он мог сделать?”
“Задержал его и послал за полицией”.
“Вернон сказал, что в этом нет смысла, так как ничего не пропало, что они просто воспримут это как недоразумение”.
“Не обязательно", - сказала Сабина. “Нет, если у Оскара Фолленсби есть привод в полицию за кражу со взломом или незаконное проникновение”.
Мисс Кантор прикусила нижнюю губу.”Но если он преступник, почему он ничего не украл?"
“Возможно, у него не было времени. Возможно, он только что вошел и увидел, как вы и мистер Пурифой прибываете. Или он мог заниматься тем, что на языке преступного мира называется ”осмотром помещений", чтобы определить, есть ли там что-нибудь ценное, что стоило бы взять позже".
“Да, я понимаю, что ты имеешь в виду. Если этот человек преступник, он все еще может представлять опасность".
“Мистер Пурифой хранит деньги или другие ценные вещи в своем столе?”
“я не знаю. Если он это сделает, то это должно быть всего лишь немного денег. Он живет очень, гм, скромно.”
“В таком случае, мисс Кантор, почему он передумал?”
“Передумал? Я не понимаю".
“Вы сказали, что он отпустил Оскара Фолленсби, не вызвав полицию, потому что ничего не было украдено. Почему он теперь хочет, чтобы это дело расследовалось?”
“О, он этого не делает. Я имею в виду, он не знает. Понимаете, приехать сюда было моей идеей.”
И ей потребовалось два дня, чтобы набраться смелости и сделать это. Сабина выругала себя за то, что не заподозрила этого раньше. Она была слишком взволнована перспективой нового дела, хотя это не было веским оправданием. Она подавила вздох. “Жаль, что вы не сказали мне об этом, когда только приехали, мисс Кантор. Боюсь, я не смогу вам помочь.”
"но... но почему бы и нет? Конечно, вы можете выяснить, кто этот Фолленсби...
“Возможно. Но это не причина, по которой я не могу тебе помочь.”
Мисс Кантор выглядела так, словно вот-вот разрыдается. Одна рука порылась в сумке, вытащила тонкую пачку зеленых.”Это все деньги, которые я скопил, пятьдесят долларов, я думал, этого будет достаточно..."
Сабина мягко сказала: “Это не вопрос финансов, а вопрос юридической и профессиональной этики. Мы не можем проводить расследования для частных лиц, кроме непосредственно вовлеченного лица или лица, действующего в качестве представителя этого лица".
"Но я действую от имени Вернона...”
