Все исчезло в магазинах- и продовольственных, и в промышленных. Были закрыты магазины для различных предприятий, введена карточная система на хлеб, масло, растительное масло. Хлеба иждивенцам полагалось 400 гр.
Верхнюю одежду – пальто, пиджаки для семьи шили отец и Соня, после смерти отца одевать «с ног до головы» стала Соня. Она одевала всех нас – шила платья, нижнее белье, рубашки, гимнастерки, брюки, пальто, пиджаки и т.д. Меня она одевала с особой любовью – фартучки с кармашками, платья с оборочками, штанишки с кружевами и т.д. Помню себя и в зимнем «наряде» - ученицей 1-2 класса. Соня мне сшила синее бархатное пальто на лисьем меху (из маминой юбки) и капор с лентами, отделанный мехом серого кролика.
Наш дом, в котором мы живем, по длине вмещает в себя 3 дома. Угловой дом – Сорокиных. Хозяин Николая любил охоту и приходил к нам осенью отстреливать или резать свиней. На месте моей комнаты, возле ивы, стоял дом главного судьи – Баранова Матвея Илларионовича. Он нас брал на торжественные вечера в главсуд (ул.Чернышевского). У него была жена Неонила Васильевна (домохозяйка) и 3 дочери: Люба, Нина и Зина. Люба впоследствии стала полковником МГБ, начальником по борьбе с безнадзорностью (единственная женщина в то время в чине полковника). Нина и Зина – были моими подругами, я часто кочевала у них, особенно летом. Их мать будила нас рано и мы лазили в школьный сад или в сад к Хае Ципоркиной за яблоками. В школьном саду было очень много яблонь. Нина залезала на яблоню, срывала или трясла яблоню, а мы с Зиной на земле собирали яблоки в шаровары, а потом сбегали в овраг с крутой горы. Яблоки били нас по ногам. Вылазка в сад Ципоркиных однажды закончилась неудачно. При попытке перелезть через забор, я поранила ногу ржавым гвоздем так, что жировая клетчатка была разорвана. Когда мы перелезли на двор Барановых – хлынула кровь. К счастью, дома был их отец – он засыпал рану двумя порошками иодоформа. Маме я ничего не сказала, втихаря бегала в аптеку, покупала иодоформ и засыпала рану. Метка раны сохранилась до сих пор.
Рядом с домом Барановых стоял маленький домик каких-то старичков. Дом был маленький, зимой утопающий в снегу. Весной, когда подтаивал снег на крыше, мы забирались на нее, садились, и вместе со снегом скатывались вниз. Я в своей бархатной шубке каталась пока не надоест, так что зад моей шубки стал не синим, а голубым. В 4-м классе Соня мне сшила шубку из черного плюша.
Итак, в 1932 год – год окончания начальной школы. После ее окончания я поступила в школу №15 (теперь на этом месте музей Ленина). Школа была 7-леткой, затем 8-леткой, и потом и 10-леткой. Эта школа была детей элитных родителей. После 1 месяца учебы, дети рабочих под предлогом «не нашего района» перевели в школу №20 в школьном переулке (в конце, на горе, которая спускалась на ул.Свердлова). В этой школе училась, в основном, суконская «шпана». Всегда при выходе, нас – учеников встречали суконскиетолпы ребят: кого-то били, а чаще всего снимали с голов шапки. В школе был бригадный метод (5 или 6 человек) изучения дисциплин и процентный способ оценки знаний (100%, 50% и т.д.). Однажды по химии я получила 50% - это означало «неудовлетворительно». За что? «Химичка» была злой женщиной. При прохождении темы «Фильтрация» я осмелилась сказать, что фильтруют через глину (это я вычитала в учебнике Лебедева). Тогда она мне сказала: «Ты смотришь в книгу, а видишь..», класс громко скандировал: «фигу».
Я перевелась в школу №3 (ул.Горького) в 6-й класс. В этой школе была совершенно другая обстановка и другие методы обучения, прекрасные педагоги. Перед началом занятий в зале были «линейки» по классам, по росту. На них директор делал замечания, знакомил с темы или иными событиями в школе, затем по звонку расходились по классам. Наш класс был очень дружным: двое очень маленьких – «шкалики», два высоких, сын профессора-хирурга Алексеев Аркадий – «Аряшка», и Абрамов Николай – «Абрашка». В перерывах мы запирали дверь в классе указкой. Начинался бокс 2-х шкаликов, затем победителя укладывали на парку и «Аряшка» или «Абрашка» делали им массаж. Приходилось играть в «чехарду» или «муху».
В школе был военрук – истинный малограмотный «солдафон», который за свою жизнь, наверное, не читал ни одной книжки. (такова была подготовка офицеров). При знакомстве с классом он стал записывать фамилии ученикови мы ему перечислили все фамилии из "Мертвых душ" Гоголя, "Горе от ума" Грибоедова и других произведений. Он со всей серьезностью записывал в тетради наши ответы. К тому же, он ужасно искажал слова.
Математику преподавал жена казанского профессора Чебоксарова - Вера Николаевна. Обычно теоремы она на доску переносила с листка - " шпаргалки", но была очень внимательной милой женщиной. Литературу преподавал истинный литератор - Суворкова Александра Ивановна, которая обращалась к нам на "Вы". Однажды мы с подругой Ниной Старицыной в 9-м классе решили написать сочинение "О Челюскинцах". Завели в центральную библиотеку, перерыли уйму журналов и газет, и написали одинаковое сочинение «слово в слово». Александра Ивановна так оценила наш труд: в моей тетради "отлично" было зачеркнуто, а рядом написано "хорошо". У Нины в тетради оценка "удовлетворительно". Мы с Ниной рассерженные подошли к ней и стали доказывать несправедливость оценок. Тогда она нам сказала: " Позвольте мне, и только мне, оценивать Ваши сочинения". А вот преподавателем татарского языка была очень неряшливая, плохо одетая, кривоногая татарка с трудом говорящая по-русски. Когда она сидела за своим столом, нам были видны, колесом раздвинутые, кривые ноги и какие-то панталоны неизвестного цвета. Конечно, мы не научились говорить по-татарски. В спряжениях глагола "идти" мы не обращали внимания на окончания и говорили: " мин баран, син баран, ул баран".
Преподаватель географии - Турьев Николай Максимович, нередко под "шафе". Он был очень строгим и на большой географической карте требовал точно указать город, реку с истока, а когда приходил навеселе - точки на карте можно было показать всей пятерней. Его мы звали "Нимагу" или "Никмак".
В 6-7 классах был физик - очень худой, рыжий человек с длинным носом. Мы его приход в класс встречали сидя под партами, а потом вылезали. Когда он говорил "о наклонной плоскости", он прикладывал палец к своему носу и картавил "наквонная пвоскость". Еще мы изучали столярные дело, работая в столярке на верстках. Учитель любил водочку и ходить по домам знакомиться с родителям учеников.
В 6-м классе, в течении 2,5 - 3 месяцев в связи с войной с Японией, мы были переведены в сельскохозяйственный институт, так как наша школа была госпиталем. Необычная обстановка вызывала у нас какое-то шаловливое отношение к учебным занятиям, снижали учебную дисциплину. Спустя 3 месяца, родная школа 3 открыла для нас свои двери. Все встало на свои места. В 6-м и 7-м классе два лета меня «трепала» малярия. Она обычно начиналась с озноба, стучали зубы, дрожала все тело, затем поднималась температура до 40 градусов. Я засыпала и просыпалась вся мокрая от пота, мокрыми были подушка, простынь и одеяло. Я ходила по стенке – лечилась акрихином. Кожа и лицо имели желтый цвет.
Помню в 7 классе, мы 5-6 человек – учеников готовились к сдаче экзамена по географии. У нас во дворе на заборе висели огромные географические карты. Мама накормила нас супом из кислой капустой с клецками, зазывая нас обычным костромским наречием: «Идите, ангелы мои, покушайте!». И это было всегда. В 10-х классах зашел разговор «о мамах», то мои подруги сказали: «Самая лучшая мама у Верки Анисимовой». Мама не отпускала никого, не угостив чаем или обедом.
Излюбленным видом спорта у всех были коньки. Мы всем классом ходили на катки "Черное озеро" и "Динамо", где держась за спины предыдущего, по росту - образовывать цепочку так, что на вираже наши "шкалики" открывались и летели в снег, в бок ото льда. Мы катались на лодках, и в разлив Казанки подплывали к памятнику "Погибших воинов при взятии Казани". Мы выезжали на целый день в лес в Займища, в Юдино - в деревню с большим "озером" с ночевкой. Ночевали у ученика нашей группы - Надеждина Андрея. Мы отмечали праздники и религиозные, и советские - вскладчину на квартирах учеников, проживающих в благоприятных условиях - пели, танцевали. Конечно, не вся группа отмечала эти праздники, а обычно по 10-15 человек из класса.
ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ...
#история #биография #казань #30-е годы #автобиография #истории реальных людей #истории из жизни #биография личная жизнь #личная биография