Долго унывать Колька не умел и шустрым, пусть и небогатым, умишком, с детства отличался. А еще фильм один любил очень, «Калину красную». Нравился ему Егор Прокудин смелостью и находчивостью, по несколько раз подряд Колька мог пересматривать, как он милиционеров от блат-хаты уводит, как с Любиным отцом знакомится, да как Петьку кипятком в бане ошпаривает за то, что руки не подал и уважение не оказал, медведь неприветливый… Только финал никогда не смотрел – грустно, да и вообще, все там будем.
Вот и решил он с любимого героя пример взять и с женщиной скромной и одинокой, жильем обеспеченной, познакомиться. Только вот в родном городке шансов у Кольки мало было – хорошо его тут знали. Девки нос воротили, если на свидание звал – что с таким связываться, сегодня здесь, а завтра лес валить уедет. Исправился, как же, слыхали уже… Но не в каменном веке живем, интернет на что? А невест на просторах России-матушки пруд пруди.
То, что сам-то он на ярмарке женихов товар не сильно видный, Кольку не смущало. Да, не красавец, и росту в нем немного, и бицепсов-трицепсов нет, все больше кожа да кости. Но покупатель на всяк товар найти можно, было бы желание. А желание было, да и здравый смысл хоть немного, но имелся, вместе с зеркалом в прихожей, где вся Колькина некрасивость видна была. И потому решил он женщину искать не слишком молодую, разведенную или вдову, можно и с ребятишками. Добрую и нетребовательную, к чужому горю чувствительную.
И присмотрел Колька, да не в инстаграммах всяких и не на сайте знакомств, а в «стариковской» соцсети, подходящую кандидатуру. В ленте у нее все банки с солениями-варениями, да способы выращивания огурцов-великанов, и всякое такое по хозяйству. Мальчишек двое, сама Кольку на 5 лет старше, да не красавица. Личико щекастое, носик курносый, волосы почти белые с мелкой «химией» и фигурка, как полено – крепкая и кругленькая. Вот глаза хороши – большие, голубые и добрые. Сразу видно, женщина хозяйственная, трудолюбивая и выносливая. А еще – одинокая, мужиковских фоток на страничке не наблюдалось. А имя-то, имя! Ну надо же, Люба! Хоть и не Байкалова, но совпадением Колька воодушевился.
Начал ухаживания издалека – сам я, мол, тоже хозяйством заниматься люблю, да опыта маловато, и очень уж мне ваши огурцы-великаны да закрутки нравятся. Подскажите мне, неумехе, что да как, секретиками поделитесь, коль не сильно я вас от дел оторвал, за что заранее прощения прошу.
Люба отвечала сначала настороженно и скупо, а затем общаться стала все охотнее. И вскоре уже знала про нелегкую Колькину судьбинушку, про молодые годы, безвозвратно ушедшие и по глупости загубленные, про то, что некуда ему, горемычному, податься, а в родном доме и без него народу хватает.
Жалела его Люба, и в то, что твердо Колька на путь исправления встать решил, как-то сразу поверила, чем обрадовала ухажера несказанно – еще и глупенькая, и доверчивая, клад, а не баба! А что не красавица, так даже к лучшему. Не хватало еще поклонников от нее гонять, ведь по причине отсутствия бицепсов-трицепсов в честном бою у Кольки шансов маловато. Ну разве что соперник совсем уж хлипкий окажется…
И начал он потихоньку козыри охмурежные из рукава вытаскивать – мол, Ваши слова мне душу греют, только и жду вечера, чтобы с Вами пообщаться, а потом весь день сообщения Ваши по сто раз перечитываю. Родственные мы с Вами души, и слепому видно, и всякое подобное. И вот настал момент, когда написала она ему заветное: «Приезжай, Коленька». Ну чисто «Калина красная», ей-богу, усмехался про себя довольный ухажер! Приезжай, пишет, погости, а там видно будет.
Кольке-то собраться – только подпоясаться! Взял расчет на работе, пожитки в сумку побросал, с маманей, сеструхой, зятем и племянниками простился и бегом на вокзал. Благо, ехать всего одну ночь, и Люба на вокзале встретит. А там, из райцентра, до ее деревушки всего полчаса на автобусе.
В дороге мечтал, как жить будет, словно сыр в масле кататься – парным молочком курочку домашнюю запивать, да огурцами-великанами водочку закусывать и телевизор целый день смотреть, пока невеста ему уют создает. И как Люба пылинки с него сдувать будет, тоже представлял – как же, мужик в доме! А что едет гол как сокол на все готовое, не печалился. Не первой свежести баба, да еще с детьми, и такому рада должна быть. С этими мыслями и уснул, свернувшись калачиком, как в детстве.
Продолжение здесь https://zen.yandex.ru/profile/editor/id/5efd8632d70c7529c1629d7c/616c2aa0b61f6a1a55af0b57/edit