Маугли
Вряд ли в мире где каждое событие является следствием множества предыдущих событий, которые в то же время вызваны обстоятельствами предшествующими им, можно однозначно выявить, какой конкретно эпизод в их нескончаемом потоке стал началом череды явлений, объединённых общим сюжетом, героями, смыслом. И наша история не исключение из этого потока, где любое начало рассказа всегда есть условность в той или иной степени.
Его звали Далер. Именно так в прошедшем времени: «звали». Потому что это было очень давно, когда были живы мама и папа. Потом, после того, как погиб его отец и через год умерла мама, уже никто не называл его по имени. А ему тогда ещё не было и шести.
«Малыш», «огрызок», «волчонок» - это всё, что слышал Далер всю жизнь после смерти родителей вместо имени. Первое время он жил в семье дяди, который вполне возможно и был хорошим человеком, но его старшая жена не давал как-то это проявить. Именно она заставляла своего мужа строго, на грани с жестокостью относится к чужому ребёнку, который с её слов был лентяем и лишним ртом. Она бы вышвырнула племянника мужа из дому, если бы не была уверена, что соседи и родственники осудят её за это.
Когда Далеру исполнилось четырнадцать именно старшая жена настояла, чтобы дядя исправил в паспорте год рождения и отправил родственника на заработки в Россию.
Здесь в России уже не было ни родственников, ни знакомых. И всё-всё было чужое и непривычное. И погода была неправильная. И город был таким, какого подросток никогда до этого не видел. И люди были совсем чужие и говорили на странном едва понятном языке. Хорошо, что дядина соседка тётя Дилсуз, которая работала в школе учительницей русского языка, занималась с Далером. Он сначала воспринял эти занятия за доброту мачехи тот факт, что она посылала его на уроки, но когда услышал, как соседка говорила, что не стоит посылать на заработки столь юного Далера, мачеха ответила:
- Я своих детей должна прокормить, а этот пусть отрабатывает, что я на него уже потратила.
По большому счёту этот непривычный язык не очень был и нужен молодому гастарбайтеру пока он работал на стройке какого-то большого сооружения, где все говорили на родном или близком к родному языке. Но видно уроки тёти Дилсуз не прошли даром и Далер со временем стал понимать, что говорят местные. Сам же он стеснялся говорить с ними. Произносил только отдельные слова, без которых невозможно было купить продукты в магазине, куда его время от времени посылали старшие, ответить на вопрос начальника или полицейского.
Когда строительство объекта закончилось и ждали следующую работу его наставник, которого дядя просил за ним присмотреть, перевёл Далера в другое место, где они выполняли небольшие заказы или вообще разовые поручения.
Однажды его послали в магазин за продуктами. Он собрал по полкам заказанное и прошёл на кассу, где сидела красивая женщина, очень похожая на его маму. По сути всё внешнее сходство заканчивалась тем, что кассир была большая и улыбчивая. Но Далер почувствовал доброту этой женщины не меньше чем её было у его мамы. Со дня её смерти он не ощущал такого. Рядом с женщиной стоял местный мужчина её же возраста и они были даже чем-то похожи. Хотя для маленького гастарбайтера все местные были почти на одно лицо.
Далер стоял и терпеливо ждал пока они поговорят и ему было приятно вот так стоять рядом и вспоминать ощущение тепла и уюта, что было только в его жизни при живых ещё родителях.
Когда мужчина ушёл, поцеловав женщину в щёку, она повернулась к терпеливо ожидающему парню и, улыбаясь, сказала:
- Извини, это брат мой, я его так редко вижу. Что у тебя?
Далер стал выкладывать на ленту отобранные продукты, а кассир привычным движением брала покупки и после привычного писка считывателя складывала в пакет. Потом назвала стоимость и рассчитала. Далер забрал сдачу и уже собирался взять пакет и уходить, но женщина вдруг неожиданно встала и протянул руку к карману его рубашки, где лежали деньги. Подросток испуганно отпрянул, забыв про пакет с продуктами.
- Что ты такой дикий, как Маугли? - приятным бархатистым голосом спросила женщина и, выйдя из-за кассы, подошла к испугавшемуся. Одной рукой она погладила его по предплечью, а другой сняла длинную белую нитку, неизвестное откуда прилипшую к карману рубахи.
Это было настолько необычно и приятно, что Далер застыл на месте и хотел чтобы этот момент не прекращался. Женщина вернулась за кассу и подала пакет с продуктами:
- Тебя, как зовут? - спросила она, - Меня тётя Наташа.
Далер не мог не ответить этой доброй женщине, но позволить ей называть себя, как это делала мама он тоже не мог.
- Маугли, - ответил он.
- А ты шутник, - по-доброму засмеялась тётя Наташа.
Даже на улице он продолжал чувствовать тепло и доброту той женщины, что погладила его по плечу, где он всё ещё ощущал прикосновение её ладони. И именно за это место его резко кто-то схватил сзади.
- Куда торопимся? - прозвучал близко за спиной противный гнусавый голос.
Далер повернулся и увидел четырёх парней его, или немного старше, возраста. Двое были пострижены налысо, тот что держал его за предплечье был в ветровке с поднятым капюшоном.
- Ты почему по нашему району ходишь и не платишь за это? Совсем наглость потерял? - говорил тот растягивая слова.
Одного из компании Далер потерял из поля зрения и почувствовал, что тот стоит за спиной и это вызывало неприятный холодок внутри. В детстве он часто дрался и умел за себя постоять. Но это чужая страна и попади здесь в полицию, прав - не прав обязательно отправят домой. То есть опять в чужую семью, где его будут называть лишним ртом. И хозяин не выплатит деньги за последний месяц, как это произошло с его соседом по общежитию. Конечно лучше всего бежать и потом сбивать с ног догонявших по одному, но стоящий за спиной делал этот план неосуществимым.
Виктор Иванович последнее время редко навещал сестру хотя она и работала кассиром в супермаркете недалеко от его квартиры. Потому что и в квартире своей он бывал редко. Обстановка была крайне напряжённая и график его работы постепенно превратился в то, что называется «двадцать четыре на семь».
Сегодня получилось подскочить домой. Дома было тихо и по нежилому пыльно. Очистив холодильник от просроченных продуктов и полив цветы, которые пожелтевшими кончиками листьев укоряли хозяина в отсутствии заботы о них, он взял дополнительные ключи и прошёл до супермаркета. Нужно было заполнить холодильник тем, что ещё дней через несколько придётся выбросить, а также оставить сестре ключи, чтобы поливала периодически цветы.
Перебросившись обычными «как дела - нормально» и узнав последние новости про родственников, он пошёл домой. Отойдя всего-ничего нащупал в кармане ключи, которые предназначались сестре. Пришлось вернуться. Перед входом в супермаркет он увидел намечавшийся конфликт. Несколько местных балбесов явно планировали обобрать и отбуцать молоденького гастарбайтера, которого Виктор недавно видел в магазине, когда общался с сестрой.
Понимая какой оборот приобретёт развитие событий он быстро подошёл к компании.
Когда Далер перехватил взгляд гнусавого он понял, что тот, что находился сзади стал на четвереньки, чтобы толчком в грудь можно было легко повалить его, Далера, на землю. Поэтому он отпрыгнул назад, избежав тем самым толчка с последующим неминуемым падением и избиением. Но это лишь отстрочило неприятности. Позади был забор, а двое лысых стали так, что перекрывали пути к бегству.
- Ну-ну, - почти по-дружески сказал гнусавый, - Что за фокусы?
И достал из правого кармана нож. В глазах его было столько ненависти, что стало понятно: эти ребята не за деньгами пришли, а за его жизнью. Желание лишить тебя жизни не менее осязаемо, чем тот же нож в руке.
Но моментом позже гнусавый скорчился от боли, присел на мокрый асфальт и почти пропищал высоким мальчишеским голосом:
- Сука!
За его спиной стоял мужчина, несколько минут назад разговаривавший с кассиршей, которая назвала себя тётей Наташей.
За вскриком гнусавого раздался звук удара металла об асфальт. Это упал на асфальт нож. Оба лысых парня молча пошли с двух сторон на появившегося ниоткуда незнакомца.
- Слышь дядя, тебе твоей пенсии на лекарства хватит? - сказал один из нападавших.
Затем говоривший эффектно, как в кино, взмахнув ногой для удара и упал пойманный за эту ногу. А второй был схвачен за руку в тот момент, когда пытался ударить, и был развёрнут так что стоял лицом к нападавшим и к Далеру.
Мужчина державший нападавшего за шею вполне спокойно сказал:
- А теперь говорим: «Извините дядя Витя, мы так делать больше не будем». Иначе дядя Витя сломает другу руку.
- Извините дядя Витя, - прошептал удерживаемый, которому явно было очень больно.
Остальные с матом и угрозами, которые впрочем были неубедительны, поскольку исходили от убегающих, разбежались.
- Говно у тебя друзья, - сказал тот, кто называл себя дядей Витей и отпустил последнего из нападавших.
Тот бросился за убегавшими «друзьями». Мужчина поднял нож осмотрел и, назвав его игрушкой, выбросил подальше в кусты. Потом взглянул на Далера и спросил:
- Звать как?
- Маугли, - ответил тот.
- Тогда шуруй в свои джунгли. Там не так опасно, - сказал дядя Витя и пошёл ко входу в супермаркет.