Всё-таки Рэй Брэдбери гениально предвидел будущее. Читая роман, написанный в середине прошлого века, мы порой с удивлением узнаём в героях себя и своих современников, которые перестали читать бумажные книги, которым, к сожалению, некогда и не о чем поговорить с близкими людьми, которые воспитывают детей по принципу: возьми телефон и отстань.
– И всё-таки дети – это ужасная обуза. Вы просто сумасшедшая, что вздумали их заводить! – воскликнула миссис Фелпс.
– Да нет, не так уж плохо. Девять дней из десяти они проводят в школе. Мне с ними приходится бывать только три дня в месяц, когда они дома. Но и это ничего. Я их загоняю в гостиную, включаю стены – и всё. Как при стирке белья. Вы закладываете бельё в машину и захлопываете крышку.
Ладно, не будем о грустном. Поговорим о декабрьском сочинении и о романе Рэя Брэдбери применительно к первому направлению "Человек путешествующий", которое нацеливает выпускника на размышление о дороге: реальной, воображаемой, книжной.
Специалисты ФИПИ обещают, что темы сочинений позволят одиннадцатиклассникам порассуждать о том, как "человек на жизненном пути обретает практический и духовный опыт, меняется, лучше понимает самого себя и других людей". Если это так, то "451 градус по Фаренгейту" - это то, что доктор прописал.
Главный герой Гай Монтэг за короткий срок (судя по всему, чуть больше недели) проходит огромный путь от пожарного, с наслаждением сжигающего книги, до человека, хранящего книги в своей памяти.
Поначалу он уверен, что является хранителем спокойствия, продолжателем ремесла отца и деда, и искренне восхищается своей профессией:
В понедельник жечь книги Эдны Миллей, в среду – Уитмена, в пятницу – Фолкнера. Сжигать в пепел, затем сжечь даже пепел.
В середине романа Монтэг задумывается о том, сколько керосина он израсходовал за десять лет службы. А ещё он размышляет о книгах и впервые понимает, что за каждой из них стоит живой человек:
Человек думал, вынашивал в себе мысли. Тратил бездну времени, чтобы записать их на бумаге. А мне это раньше и в голову не приходило... У кого-то, возможно, ушла вся жизнь на то, чтобы записать хоть частичку того, о чём он думал, того, что он видел. А потом прихожу я, и – пуф! – за две минуты всё обращено в пепел.
Почему за несколько дней изменились взгляды и принципы главного героя? Что "выбило факел пожарника" из его рук?
Первые семена сомнения в правоте того, что он делает, посеяла семнадцатилетняя Кларисса Маклеллан - необычный человек с сумасбродными мыслями, живущий по своим правилам. Несколько встреч с соседской девушкой помогают понять герою, что он одинок и глубоко несчастлив.
Обостряет ситуацию не менее одинокая и несчастная жена главного героя, принявшая большую дозу снотворного.
И, наконец, вызов по сигналу тревоги в старый дом, где, кроме книг, пожарные обнаружили пожилую женщину. Обычно первыми в "опасный дом" являлись полицейские, "заклеивали жертве рот липким пластырем и, связав её, увозили куда-то в своих блестящих жуках-автомобилях". Пожарным оставалось выполнить "обыкновенную уборку, работу дворника". В этот раз ритуал был нарушен, и само присутствие хозяйки дома вызывало угрызения совести:
Казалось, она заставила пустые стены вопить от возмущения, сбрасывать на мечущихся по комнатам людей тонкую пыль вины, которая лезла им в ноздри, въедалась в душу…
Последней каплей стало то, что женщина, несмотря на уговоры Монтэга, отказалась покинуть дом и была заживо сожжена.
Есть, должно быть, что-то в этих книгах, чего мы даже себе не представляем, если эта женщина отказалась уйти из горящего дома. Должно быть, есть! Человек не пойдёт на смерть так, ни с того ни с сего.
После бессонной ночи и осознания того, что воспоминания об этом событии никогда не исчезнут из его памяти ("Этот пожар мне не потушить до конца моей жизни"), главный герой становится сначала борцом-одиночкой с существующей системой, а затем присоединяется к группе людей, которые, аккумулируя мудрость прошлого и надеясь передать её будущим поколениям, носят книги в своей памяти.
В конце романа читатель видит также реальный путь спасающегося бегством героя: сначала он бежит по улицам ночного города, потом, подхваченный течением, плывёт по реке, и, наконец, находит ржавые рельсы заброшенного железнодорожного пути:
Путь, по которому ему надо идти. Это было то единственно знакомое среди новизны, тот магический талисман, который ещё понадобится ему на первых порах, которого он сможет коснуться рукой, чувствовать всё время под ногами, пока будет идти через заросли куманики, через море запахов и ощущений, сквозь шорох и шёпот леса.
Так в конце произведения Рэй Брэдбери связывает дорогу в конкретном понимании этого слова и жизненный путь своего героя - перерождение человека отнимающего в человека дающего, путь от огня сжигающего к огню согревающему.
На последней странице романа героя ждёт путь в новую жизнь, который он пройдёт уже не в одиночку, а бок о бок с близкими по духу людьми:
А сейчас им предстоит долгий путь: они будут идти всё утро. До самого полудня. И если пока что они шли молча, то только оттого, что каждому было о чём подумать и что вспомнить. Позже, когда солнце взойдёт высоко и согреет их своим теплом, они станут беседовать или, может быть, каждый просто расскажет то, что запомнил, чтобы удостовериться, чтобы знать наверняка, что всё это цело в его памяти. Монтэг чувствовал, что и в нём пробуждаются и тихо оживают слова. Что скажет он, когда придёт его черёд? Что может он сказать такого в этот день, что хоть немного облегчит им путь? Всему своё время. Время разрушать и время строить. Время молчать и время говорить.
Пожелаем героям Рэя Брэдбери счастливого пути.
Как можно использовать роман американского писателя для направления "Цивилизация и технологии", я писала в октябре:
Все публикации о декабрьском сочинении собраны здесь: