- Дед, дед! Беги скорее сюда! - Закричала Бабка из курятника.
- Ну что там? Только на печку залез поясницу погреть. Стряслось что?
- Дед! - Продолжала кричать Бабка. - Стряслось! Опять стряслось! Слезай!
- Не даешь ты мне покоя... Иду, иду!
Дед кряхтя спустился с печи, осторожно ставя ноги на шаткие перекладины лестницы. Сел на лавку, приставленную к печке, всунул ноги в валенки, с трудом, охая, встал и пошел к бабке в курятник. Осторожно перешагнул через порог, придерживаясь за притолоку, и вышел на крылечко, чуть не столкнувшись с бабкой.
- Ну... прибежал. Что звала? - До конца не разогнувшись и держась за поясницу, недовольно спросил Дед.
- Вот! Смотри! - Глаза у Бабки сверкали, она бережно прижимала к себе лукошко, с которым ходила к курам за яйцами.
- Ух, ты! - Дед прищурился, убрал руку с поясницы и протер глаза. От лукошка исходило золотистое сияние. - Надо же, опять сподобилась Ряба! К добру ли?
- Увидел? К добру, к добру! Как не к добру!
- Ну да. Забыла уже?
- А что?
- Забыла.
- Ничего я не забыла... Ну и что, разбилось яйцо. Зато сколько пользы было.
- Ага. Петька, внук, все осколочки забрал. Потом на новой машине приехал похвастаться.
- Так и нам подарки привез, не забыл внучек.
- Да, спасибо Петьке. Мне - валенки... новые, тебе - платок.
- Красивый, по праздникам повязываю.
- А потом участковый к нам сколько ходил - где Петька, да где...
Дед с Бабкой прошли в дом, сели за стол.
- Смотри, как светится, - Бабка поставила лукошко с яйцом перед ними.
- Светится и правда хорошо. Только в этот раз Мыша этого и близко подпускать не надо. Васька, ты где? Опять мышей не ловишь!
На печке зашуршало. Из-за трубы выглянул Васька, заспанными глазами оглядел комнату, сладко зевнул, но спускаться не спешил, притаился. Стоит ли, может и так все обойдется. Не обошлось.
- Вон ты где! А ну, давай сюда. Видишь, что у нас тут! - Дед был строг.
Кот спрыгнул сначала на лавку, все же было не так высоко, потом спустился на пол, подошел к столу и забрался на стул рядом с Бабкой. Так все же было подальше от Деда и безопасней. Над столом торчала только голова Васьки, он щурился на свету и не обращал внимания на золотое яйцо в лукошке. Мол это ваше, человеческое. А мое дело мышей в строгости держать, чтоб не безобразничали. В доме порядок? Порядок. Какие ко мне могут быть вопросы.
- Ты Мыша давно видел? - Продолжал дед.
- Давно не видел, - ответил кот и облизнулся.
- А ты, это... не того... его.
- Нет, ты чего. Так я...
- А ну-ка, приведи Мыша, - Дед нахмурил брови.
Васька тяжело спрыгнул на пол и пошел в темные сени, где жил Мыш.
- Что-то не верю я ему, Бабка. Чего это он облизывается?
- Да что ты, Дед? Сметанки я ему давеча давала, вот и облизывается.
- Ладно, подождем.
Прошло минут десять. Вернулся Васька и привел с собой Мыша. Мыш забрался на стол, принюхался и начал подбираться к лукошку, заглядывая через его край и вертя во все стороны хвостом.
- Я тебя! - Грозно предупредил Дед. - Не крути хвостом!
- Нет, нет, что ты. Я так... осторожно.
- То, то. Чтоб ни как в прошлый раз.
- Я ж не специально тогда, нечаянно.
- Еще бы, специально. Где бы сейчас был?
Мыш притих и прижал уши, а кот хитро прищурился.
- Так вот, все мы тут... - продолжил Дед.
- А Ряба-то как же? Ведь ее яйцо, - всполошилась сердобольная Бабка.
- Ах, да, - Дед задумался, - ладно, позови.
Бабка убежала в курятник и быстро вернулась одна.
- Сказала, не пойдет, не хочет смотреть, как мы опять над яйцом измываться будем. У нее там еще есть, их высиживает.
-Золотые?! - Встрепенулся Мыш.
- Да нет, обычные. Никак простить не может... того раза.
- Вы тогда хорошо постарались, - съязвил Васька, - говорил вам, зачем его разбивать. Целое дороже продать можно было. А вы - давай, разобьём. Что там внутри? Ты, Бабка, скалкой, ты, Дед, молотком... А ты, Мыш, что ухмыляешься? Разбил-то, ты!
- Да, только ты у нас, как всегда... праведник. Сидел в сторонке, да лапой умывался. - Не замедлил с ответом Мыш.
- Цыц! Все! Тихо... Загалдели. До утра оставим. - Дед встал из-за стола и пошел к печке.
Обитатели избушки замолчали и притихли, виноватыми оказались все. А Деда все же слушались, в авторитете был, сказывались его прошлые заслуги.
- С яйцом-то мне что делать? - Всполошилась Бабка.
- Я посторожу, - тут же вызвался Васька.
- Я те посторожу! Закатишь куда-нибудь... как тогда... клубок пряжи. Поиграть ему, вишь, захотелось...Ищи свищи... всю зиму в одном носке так и проходил.
- Отнеси-ка его, Бабка, Рябе обратно. Утро вечера, оно мудренее.
Наконец, все угомонились, разбрелись по своим местам, кто куда. Остался один Васька, но и он, выждав, когда Дед начал похрапывать, залез к нему на печку и примостился у спины.
- Ку-ка-реку! - раздалось ни свет, ни заря в предутренней темноте. Да, так громко, что со своих мест повскакали все. Даже Деда с печи как ветром сдуло.
- Кто, что, чего?! - Дед, забыв про поясницу, валенки, босой, выбежал на крыльцо. За ним вышли и остальные. А хитрый Васька, как тут уже и сидел, умываясь лапой.
Из-за дальнего леса Солнце еще не показалось, но светлая полоска на небе уже обозначилась.
- Ку-ка-реку! - Еще громче раздалось с забора, и в сумерках там что-то блеснуло.
- Вот он, мой Петруша! - с гордостью тут же отозвалась Ряба, вышедшая из курятника.
Первый солнечный луч прорезал темноту, и наконец обитатели избушки увидели на заборе петушка, Петрушу, сверкающего золотом. А тот, почувствовав общее внимание, со звоном взмахнул тяжелыми крыльями и не прокричал, нет, а пропел в третий раз. Да так, словно серебрянные струны тронул кто-то, очень нежно и осторожно.
Золотая искорка упала в траву, все перевели взгляд на нее, а когда, опомнившись, посмотрели на забор, Петруши на нем уже и не было. Солнце вставало из-за еще темного леса. Протянуло утренним, холодным ветерком, уносящим остатки ночи. И все, наваждение рассеялось, как будто ничего и не было.
- Ку-дах-тах-тах, ку-дах-тах-тах! - Всполошилась Ряба и первая побежала к покосившемуся забору. За ней подошли и остальные. Дед недовольно перебирал босыми ногами в росистой траве и запоздало схватился за поясницу.
- Эх! - только и вздохнула Бабка.
- А я говорил, говорил, - замурлыкал Васька, - постерегу яйцо. Теперь вот, ни яйца, ни петуха.
- Ряба, скорлупа-то хоть осталась? - Дед тоже забеспокоился. Но Ряба, ничего не ответив, развернулась и пошла в свой курятник, жалобно квохча.
- Смотрите, что это там? - Мыш прошуршал в траве и подбежал к упавшей от петуха искорке.
- Стой, не трогай. Васька, присмотри за ним. Дед, опять забыв про поясницу, прошел вперед и, опустившись на колени у забора, осторожно раздвинул росистую траву.
- Ух ты! - Только и вырвалось у него.
- Что, что там? - в разнобой загалдели остальные.
- Во! - Дед поднял из травы небольшую прямоугольную пластинку, поблескивающую желтым цветом, - Что это?
- Дай посмотрю.
- На, - Дед отдал Бабке находку.
- Пошли ка в дом, - там разберемся.
- И правда, холодно, - Дед с трудом поднялся на ноги, придерживаясь за хлипкий забор.
- Что это?! - Спросил Дед, когда все расселись за столом.
- Видел я такую, у Петьки, внучка вашего, в кошельке, - ответил Васька.
- А, Дед, так это банковска карта.
- Какая такая карта?
- Да в тот раз, помнишь? Да я тебе говорила. Пенсию на почте получала. Почтальонша и сказала, теперь деньги можно не получать.
- Это как?
- А, да просто... тут они все.
- Не может быть. А в магазин как?
- На почте ящик поставили, карту сунешь, оттуда тебе деньги. Теперь все может быть, ладно.
- Так что... петушок-то зачем нам ее оставил? - Недоумевал Дед.
- А вы сходите, проверьте, что там... на карточке этой есть, - предложил мудрый Васька.
- Как ты узнаешь-то? У ящика железного что ли спросишь?
- Ладно, вы сидите тут тихо, а я у соседки расспрошу, как там, да что.
- У Маруськи что ли. Ей-то откуда знать! - Возмутился Дед.
- Да оттуда и знать, она пенсию уже на карточку получает.
Бабка убежала, а дед пристроился на крылечке валенок чинить. Васька и Мыш сидели рядом, волновались, ничего не хотели пропустить. А Бабка все не шла и не шла. Проехал на телеге сосед, Иваныч, через два дома жил. Хотел остановиться, поговорить, да Дед только рукой махнул, некогда мол. Прошло часа два. Бабка все не шла, а улицу пустую далеко было видно.
Вдруг за избой, от огорода, что-то зашуршало. Из-за угла показалась запыхавшаяся Бабка.
- Ты чего огородами?
- Ох, ох... - бабка немного отдышалась, и, пугливо озираясь, продолжила, - не знаю, теперь чего...
- Случилось что? - Встревожился и Дед.
- Карточку потеряла? - Вставил свое Васька.
- Вытащили на почте? - предположил Мыш.
- Нет, тут она... вот! - Бабка запустила руку в свои одежды и озираясь достала платок, завязанный на несколько узелков.
Тугие узлы развязывали долго все вместе. С ними справился Мыш, ловко орудуя маленькими лапками. Наконец карточка была извлечена и заблестела желтым цветом, отражая солнечные лучи.
- Ну так что, что? - Дед разволновался еще больше, пытаясь сглотнуть предательский комок.
- Деньжищ тут... - Бабка опять оглянулась.
- Ну?
- Видимо невидимо!
- Да, не было печали, - Дед озабоченно почесал затылок.
- Делать-то что теперь будем? Никогда мы не жили богато, и не надо этого нам, - запричитала Бабка.
- Дом новый построим, баню. Скоро до нашей улицы газ дотянут, заведем, - разухарился Дед.
- Мне бы сыра, импортного... головку, - вставил свое Мыш.
- Бесплатный сыр знаете где бывает? - Васька ухмыльнулся по своему, по кошачьи.
- Где? - нестройным хором спросили остальные.
- Где, где? В мышеловке! Внучок-то, Петька, что с ним? До сих пор прячется. Помогли ему скорлупки эти золотые?
- Да-а-а, - только и смог ответить Дед.
- То, то.
- До пенсии-то мы опять не дотянули. На картошке сидим, - пожаловалась Бабка. - А все почему? Зачем надо было спиннинг дорогой покупать?
- Рыбки хотел свежей наловить, - виновато попытался оправдаться Дед.
- Какая в нашей речушке рыба? Давно ты ее ловил там последний раз? - Вставил кот.
- Вот и думал, что на новую удочку лучше будет.
- Все равно блесны засадил... Тогда уж бредень надо было...
- Ладно вам. Бабка, не до сыра импортного, хлебца хоть сходи купи, - вмешался Мыш.
- Тогда уж и колбаски, - добавил Васька и облизнулся, - Бабка, ты понемногу денег из ящика доставай.
- И смотри, чтоб рядом никого не было. - Добавил Дед, репутация которого несколько пошатнулась из-за спиннинга.
Так и зажили они дальше, скромненько, по прежнему. Деньги с карточки снимали редко. А Бабка даже слово новое выучила - "банкомет". Кстати и пенсии они теперь с Дедом тоже получали на карточки, оказалось проще. Лежат там и лежат. Лишнего не истратишь. А нового золотого яичка у Рябы больше не случалось.
Да, внучек, Петька, через несколько лет объявился. Той машины у него и след простыл, пешком пришел. Порыскал в избушке, в курятнике, не нашел ничего, денег просил до зарплаты. А никаких денег и не было, лежали на карточках. Так и ушел ни с чем.
Аудио версия рассказа здесь.
Еще сказки ЗДЕСЬ