В последние пару лет мне сложно провести четкую грань между путешествием и оседлостью: когда-то я по полгода гнал себя на износ по сугубо исследовательским маршрутам, потом возвращался в страну-базу ради 2-3 месяцев халтуры, общения и ничегонеделания, позже стал чередовать эти периоды из расчета примерно два месяца дороги на месяц базирования, причем базу выбирал каждый раз ближайшую, а на сегодняшний день просто перехожу из одного режима в другой по ситуации, необходимости или прихоти левой пятки, назначая базой любую удобную точку по пути. Но если все же вычленить два достаточно продолжительных и равных по длительности периода «дороги» и «оседлости» и сравнить мои расходы за это время, выяснится, что в режиме путешествия я трачу на 20-50% меньше. Меньше, а не больше! Как это получается?
Во-первых, жилье: стоимость ночи в гостинице существенно выше, чем долгосрочной аренды в пересчете на день, но от ночлега в пути мне нужно немного: защита от стихий, то есть стены и крыша, горизонтальная поверхность для сна и розетка под напряжением. В конце концов, мне там только и надо, что заснуть и проснуться — день занят собственно путешествием, изучением территории. А вот если я намерен провести в комнате хотя бы неделю, мне захочется уюта, уровня чистоты и приватности, который не отпугнет приглашенную в гости девушку, нормальных условий для работы и отдыха — и все это, разумеется, отразится на цене. Кроме того, я регулярно нуждаюсь в свежих впечатлениях, в красоте и новизне, иначе рискую превратиться в морской огурец. В древних городах Раджастана, на гималайских тропах и необитаемых островах Индонезии этого предостаточно, но стоит мне осесть, и нужно искать внешний источник. А развлечения, тем паче в городской черте, стоят денег. Театр или джаз-бар, викторина в пабе или андерграудное кафе, выставка средневековой картографии или пейнтбольный матч — все влетает в копеечку. Даже и просто хороший кофе.
Тогда на что же у большинства туристов уходят огромные суммы, с трудом накопленные за год каторжной работы? Во-первых, дальнобойные перелеты. Если бродяжничать непрерывно, потребность в них отпадает полностью. Во-вторых, туристические сервисы — стоят они в несколько, порой в десятки, раз больше, чем их местные аналоги, и за деньги клиента изолируют его же от целевой страны, лишая смысла всю затею. Но главная статья расходов — ощущение свободы как результата успешного побега из своей опостылевшей событийности. Отдыхающий не хочет экономить — напротив, лишние траты повышают символическую ценность его эскапады. Не думать, не рассчитывать, почувствовать себя не то Рокфеллером, не то Мидасом, покупать ненужное, потому что можешь, платить не глядя, чтобы не испортить себе настроение — и назад, в кабалу. Но это не имеет к путешествиям ни малейшего отношения. Путешественник бежит за целью, а не от невзгод. А если эти цели выстроить — нет, даже не в ряд, а в гибкую матрицу, где движение не обязано быть прямолинейным — получается необычная, но полноценная жизнь.
Еще один аргумент в поддержку мифа о дороговизне путешествий утверждает, что в дороге нельзя работать. Это отчасти верно — то, что называется работой в западной цивилизации, с постоянным бродяжничеством несовместимо. Но альтернатив, конечно же, хватает — это и халтура, построенная как раз на регулярном перемещении (travel-фотография, блоггинг, написание путеводителей, этнографические и биологические исследования), и любой фриланс, не требующий соблюдения графика и громоздкого оборудования (так, эту статью я пишу, сидя в индийской придорожной кафешке у черта на рогах, а отправлю и, надеюсь, опубликую, когда доберусь до интернета), и краткосрочная подработка на местах, и даже типичные способы самофинансирования бродяг. Последние, кстати, не ограничиваются выступлениями с гитарой на площади — одна моя знакомая пара из Швейцарии, едва приехав в Катманду, арендовала тележку с конфоркой у уличных торговцев момо (тибетскими пельменями), закупилась ингредиентами на рынке и в течение одного дня готовила посреди Тамела (туристического района города) некое блюдо традиционной швейцарской кухни, назначив цену вдвое выше обычного непальского обеда — и, соответственно, втрое ниже, чем стоит любая полусъедобная органика в ресторане «для белых». Туристы, приезжающие в Непал, все же обычно ищут новых впечатлений, а не отдыха. И что может быть оригинальнее исконного швейцарского рецепта? Кто вообще слышал об этой швейцарской кухне? Так что торговля шла бойко, и за день, по их словам, ребята заработали на месяц пути.
Единственное, чего такая подработка обеспечить однозначно не может — это стабильности. Об этом — следующая статья.