Накануне Нового года Маргоша позвонила: – Милочка Танюша! Одной хорошей знакомой нужна помощь, навести порядок. Тебе ведь нужна подработка?
– Конечно! – обрадовалась я. – Подработка всегда нужна, Маргарита.
– Только это подработка не на постоянной основе. Но, моя знакомая хорошо платит, - услышала самое интересное, – Танюша, о тебе подумала.
– Спасибо, вам! – поперхнулась от приятной неожиданности. Именно Маргоша неравнодушна к моей судьбе. Помниться, когда Машенька была маленькой, помогала нянчиться. Даже в театр с собой таскала.
– Прости, что перед самым Новым годом. Наверное, готовишь готовим салаты? – спросила Маргоша.
– Ничего, ничего, – положила ингредиенты в холодильник, на ходу вытирая руки. –Диктуйте адрес, я записываю.
– Только вот ещё… учти, очень своеобразная дама! Забеги ко мне, передам для нее не большой подарочек. Хорошо?! А вечером жду у себя, мы с тобой старый год проводим.
А я уже напялила пуховичок, спускалась по лестницам, напевая какую-то мелодию. Пожилая актриса жила недалеко, в старинном доме, с доброжелательной консьержкой в подъезде. Вошла в подъезд, как в музей, и растерялась, разглядывая лепнину на потолках. В квартире вообще не могла произнести и слова, еще не видела столько антиквариата… старательно вытирала пыль со статуэток и картин.
– Давненько не наводила порядок, – услышала скрипучий старческий голос, – ты уж догадалась.
Хозяйка квартиры, Любовь Арнольдовна, скрылась в комнате, уселась в старинное кресло; рядом щебетала маникюрщица. Смеялась, передавала какие-то театральные сплетни. Обе хохотали без умолку. Мне было не до них. Пригласили убираться, я и навожу порядок.
Особенно понравилась библиотека: старинные книги в кожаных переплётах от потолка до пола. Я заметила книги Виктора Гюго на французском языке. «Вот бы моей Машке… Она мечтала о подлиннике» – размышляла я, рассматривая книги. Резко обернулась, почувствовав на себе взгляд. Актриса засмеялась: – vous parlez français? (Вы говорите по французски?)
– un peu (немного). Моя дочь – будущий переводчик, мечтает почитать Гюго.
Закончив уборку, я получила расчет и даже присвистнула, честно говоря, столько денег не ожидала получить. Шаркая по паркету, Любовь Арнольдовна меня удивила: – Дорогуша! Приди перед Рождеством, нужно постирать шторы.
И протянула книгу «Отверженные» Гюго: – Машеньке. Передайте, дорогуша. Пусть почитает.
Я не знала, что сказать. Брать или не брать?! И дочка мечтает, и не удобно. Что делать…